Красотка на ночь
Музыка:
V.I.P.N - Who I Was
1. Надежда
Зовут меня Надежда. Имя мне дали в детском доме, но оно, мне кажется, не очень мне подходит. Потому что, хоть надежда и умирает последней, это точно не про меня. Детство у меня было не из лёгких, и надежду свою я немного растеряла. Сначала мама отказалась от меня в роддоме, потом я попала в детский дом, где мне приходилось нелегко.
Когда я подросла, нашлась моя тётя, которая взяла надо мной опеку. Но сложно сказать, где мне было лучше — в детском доме или у тётки. Она меня просто ненавидела и часто била. Я старалась хорошо учиться, помогала по дому, слушалась её, но она всё равно мной была недовольна. У тётки на уме были только одни ухажёры: сколько их было, я даже всех и не вспомню. Некоторые были очень даже хорошие, относились ко мне по‑отечески, но в основном попадались ещё хуже тётки.
Я была небольшого роста и очень миниатюрная. Характер у меня был слишком покладистый и мягкий, чем многие пользовались. Тётка в итоге отобрала у меня квартиру, которая мне положена была государством, и выгнала меня из дома с формулировкой, чтобы я у неё ухажёров не отбивала. Сдались мне эти её маргиналы! Заступиться за меня было некому, а сама я войну с ней не потянула бы.
Вот так вот в 18 лет я осталась одна на улице, но мне очень повезло: моя школьная подруга приютила меня. Ей от бабушки досталась однушка, она поступила учиться на заочное и съехала от родителей. Светка работала официанткой в ночном клубе и меня тоже устроила туда. Если бы не она, я бы умерла от голода и от холода. Но Светка дала мне кров, помогла с работой и подставила дружеское плечо.
С учёбой я пока завязала. Вообще, я собиралась ехать в Москву поступать в театральный. Может, эта идея и казалась глупой для незнакомых мне людей, но те, кто меня хорошо знал, в моих актёрских данных не сомневались. В жизни я была очень скромной и незаметной, а вот на сцене со мной происходили чудеса: не было ни одной роли, в которую я бы не могла вжиться. Талант у меня точно был: я играла во всех школьных постановках, и всем моя игра очень нравилась.
Но так как тётка выгнала меня сразу после выпускного, поступать я решила на следующий год: ведь средств у меня не имелось, даже для поездки в Москву у меня денег не хватало. Я решила год поработать в клубе, а потом уже ехать поступать.
Работа в клубе мне не очень нравилась: вечно пьяные мужчины, стервозные женщины. Но доход был неплохой, мне хватало на жизнь и на то, чтобы отложить немного для Москвы. В основном доход мой складывался из чаевых, зарплата была не очень большой. Но наш работодатель не брал свою долю с наших чаевых, поэтому всех всё устраивало.
Света была шустрой официанткой: где надо — улыбалась, где надо — умела промолчать, и я от неё быстро всему научилась. Через какое‑то время наш креативный директор набрал танцовщиц и решил собрать танцевальный театр. Пара танцовщиц пришли с улицы, остальные уже имелись в штате. Так сформировался небольшой коллектив, который репетировал в основном днём.
Меня он тоже пригласил танцевать: я хорошо двигалась, а сцена была моей любовью, — но я отказалась. Танцевать полуголой, хоть и в маске на лице, мне никак не хотелось. А вот Света согласилась — пошла на повышение, так сказать. Я часто ходила с ней на репетиции и очень хорошо знала их репертуар. Мне нравилась эта атмосфера пустого клуба днём.
С появлением танцевального театра клуб оживился. Всё больше и больше мужчин приходило, а женщин, на мою радость, стало меньше. Не то чтобы я была против них, просто им было тяжелее угодить.
Танцы, которые девчонки танцевали, мне нравились: это не был обычный стриптиз, они даже не раздевались. Это было что‑то из театрального — мини‑постановки под красивую музыку. Я им даже немного завидовала: так это было красиво и завораживающе.
Клиенты в клубе часто ко мне клеились, но я не давала повода для продолжения. Не то чтобы у меня были отношения с кем‑то и я хранила верность своему парню. Нет, парня у меня не было. Отношения уже были — и первая влюблённость, и первый секс. Но мне очень не хотелось зависеть от кого‑то, или я ещё не встретила того самого. Были в клубе и постоянные клиенты: некоторые даже пытались ухаживать за мной, но я позволяла лишь принимать комплименты и мило улыбалась в ответ.
Где‑то в конце июля я заметила, что к нам в клуб каждый вечер начал заходить один приятный мужчина. Он был взрослый, элегантно одет, много курил и как будто приходил с охраной. Когда мне его столик не доставался, он требовал меня у менеджера и оставлял мне всегда щедрые чаевые. Этому я, конечно, была очень рада: да и он меня не напрягал. Спросил только как‑то, как меня зовут. Я не ответила, а лишь указала на свой бейдж. На нём было имя «Света»: свой бейдж я куда‑то давно потеряла. А Света больше официанткой не работала — она теперь танцевала, а там, на сцене, бейдж ей был не нужен. Поэтому я у неё его и позаимствовала временно. Она не была против, начальство тоже, а мне нравилось, что посетители моё настоящее имя не знают.