Вот уже неделю днём я занимался рабочими моментами здесь и параллельно контролировал работу главного офиса, а вечером посещал единственный на весь городок ночной клуб. Заведение, кстати, было очень неплохое: напитки подавались хорошего качества, танцевальное шоу тоже впечатляло. Но была ещё одна причина — официантка по имени Света. Небольшого роста, худенькая, с огромными глазами и чувственными губами.
Вообще красивыми девушками меня уже не удивить. Холостяцкая столичная жизнь приносила свои плоды: все мои отношения сводились к деньгам — никаких обязательств и перманентного женского присутствия. Нужен секс? Пожалуйста. Нужна девушка на выход? Плати — и всё прекрасно складывалось.
А эта местная хрупкая девчонка просто вскружила мне голову. Когда она первый раз обслуживала мой столик, я, как пацан, перевозбудился. Не знаю, в чём было дело: запах или это её энергетика, — но я безумно хотел. Мне даже эротические сны начали про неё сниться.
Собравшись с духом — хотя на меня это совсем не было похоже, — я решил подкатить к ней. Дотронулся до неё сначала, а потом попросил присесть рядом и понял, что пропал: меня к ней просто безумно тянуло. Она то ли смущалась, то ли тоже почувствовала моё возбуждение. По итогу она так перепугалась, что решила от меня сбежать. И сегодня вечером её тоже не было. Мои парни сходили, разузнали всё: менеджер сказала им, что девочка приболела. Я точно знал, что это враньё: она просто меня вчера испугалась и так решила решить свою проблему.
Она понравилась мне, потому что меня привлекал такой типаж — хрупкой девчонки с огромными глазами, которую хочется обнять и не отпускать, защищать от всего, холить и лелеять. Московские девушки очень сильно не попадали в такой типаж: высокие, густо накрашенные, такие — сами себе хозяйки, всё решат, всё разрулят. Мне же хотелось проявлять заботу, дарить нежность, удивлять и радовать. И вот я, кажется, нашёл её, поэтому она вызывала во мне такие чувства.
Но она испугалась меня. Сказала, что ей нужна работа… Может, просто предложить ей деньги и переспать с ней? Я боялся всех этих чувств и, кроме первой влюблённости (когда лет 20 назад), чувств себе больше не позволял. Мама, конечно, пилила меня: «Нужна семья, жена, дети!» Но я сопротивлялся как мог.
Раз она ушла на больничный, я тоже решил взять паузу. Два следующих дня я клуб не посещал, но для себя понял, что мне просто нужно утолить своё сексуальное перевозбуждение — по возможности с ней. Вечером, катаясь вдоль побережья, я, кажется, заметил её, идущую по дороге, и попросил своих парней подъехать к ней. Да, это была она — совсем другая, без официантской формы, такая летняя, милая, с распущенными волосами. От её вида я почувствовал напряжение в штанах.
— Подвезти? — спросил я из окна, подъехав к ней поближе.
— Нет, спасибо, — отказала она резко.
— Светлана, возможно, вы меня не узнали: мы виделись с вами в клубе, — решил напомнить я ей о себе.
— Я не знакомлюсь на дороге, — сказала она и свернула куда‑то в кусты между домами.
Остановив быстро машину, мы с парнями пошли за ней — зачем, сам не знаю, — но очень мне хотелось её заполучить. К моему великому сожалению, её мы не догнали.
— Шеф, нам надо уже в Москву: ваш помощник все звонки оборвал нам, — сказал начальник моей охраны.
— Давай сегодня в клуб, а утром вылетаем, — сказал я в надежде всё‑таки добиться этой девчонки перед отъездом домой.
3. Надежда
Два дня я провалялась дома. К вечеру второго дня всё‑таки решила прогуляться. И, конечно же, встретила того, о ком не переставала думать ни на минуту все эти дни и от кого хотела спрятаться. Он подъехал ко мне на машине и даже не вышел из неё — московский пижон. Я уже у Светки всё узнала: он тут производство своё открывал, а живёт сам в Москве — типичный мажор. Она мне даже фотки его в интернете показала: красивый, такой статный, с холёной девицей рядом. Но это было неважно, потому что это всего лишь его хотелки — ко мне подкатить. Для серьёзных отношений я ему точно не подхожу, хотя он до сих пор был не женат (по сведениям Светки) и очень богат. Птица не моего полёта, но возбуждал он меня безумно — я хотела его. Стоило мне только о нём подумать, как внизу живота разливалось желание.