— Снег, — ответил он, надевая шапку.
— Просто снег?
— Не просто снег, а большими хлопьями, как в сказке, — заманивал он меня с собой.
И мы вышли на улицу. А он обнял меня сзади, и мне так тепло и нежно стало в его руках — я представила себя маленькой девочкой, когда мир кажется гораздо больше и удивительнее.
— Если посмотреть наверх, будет казаться, что снег бесконечный, — приподнял он мне аккуратно голову.
— И правда, так красиво! Спасибо тебе, что уговорил выйти, — расплывалась я в улыбке.
— А теперь, чтобы я не казался тебе слишком идеальным, я сделаю снежок и запущу его в тебя, — сказал он и, собрав снежок, запульнул им прямо в меня.
— Ах, так? Ну держись! Я, между прочим, профи в снежных боях, — набирая снежок побольше, хвасталась я.
И мы, как дети, играли в снежки, веселились, бегали друг за другом. Спустя пару минут к нам присоединились ещё люди. И вот уже толпа людей устроила снежные баталии. Все хохотали и обнимались, а мы стояли посреди этой, вдохновлённой нами толпы, и целовались, как безумные влюблённые, которые обрели друг друга после долгой разлуки. Именно это я сейчас и чувствовала: как будто мы просто давно расстались, а вот сейчас снова нашли друг друга.
— Замёрзла? — спросил он, стряхивая рукой снег с моей шапки.
— Немного. А ты обними меня, и я согреюсь.
— Я и так тебя обнимаю.
— Обними крепче.
И он обнял. И нам так было хорошо вместе, и все дурацкие мысли, дружно взявшись за ручки, покинули мою голову, оставив мне только желание дышать одним воздухом с ним.
Через какое‑то время мы решили зайти внутрь. Найдя свободные места, сели рядом друг с другом.
— Может, фильм какой‑нибудь посмотрим? — предложил он мне.
— Да, давай. Я сама хотела предложить, — улыбнулась я ему.
Он достал из своей сумки планшет и наушники и включил новогоднюю комедию, под которую я успешно через пять минут заснула, уткнувшись в его тепло.
— Внимание пассажиров! Напоминаю: открыта регистрация на рейс N4250 в Казань, стойки 3–5, — разбудило меня объявление по громкой связи.
— Это мой рейс, — буквально соскочила я с сидения.
— Да. Полчаса назад погода начала успокаиваться, снег почти закончился, — объяснил он мне.
— Мне нужно на регистрацию, — поправляя одежду и разминая спину после сна на кресле, сказала я.
— Да, пойдём, я провожу тебя.
— А твой рейс ещё не объявили? — спросила я его.
— Пока что нет.
Мы прошли к стойке номер три, и я быстро прошла регистрацию. Мы шли по большому залу и молчали, потому что лично я не знала, что сказать. И вдруг Савва решил быть первым.
— Я не собираюсь с тобой прощаться, как бы ты этого ни хотела, Алиса. И мне плевать, что ты замужем и мне не доверяешь. Я не сдамся, я не собираюсь упускать свою судьбу, — обхватив моё лицо своими ладонями, произнёс он.
— Не надо, — это единственное, что я смогла сказать.
— Я хочу… Я не могу вот здесь с тобой сейчас расстаться. И даже если ты считаешь это юношеским максимализмом, вдруг случившимся со мной в тридцать пять лет, поверь мне — это не так, — продолжал он.
— Я прошу тебя, не надо, — я буквально через силу выдавливала из себя эти слова.
— Просишь? — спросил он меня, глядя прямо в глубь моей души.
— Прошу, пожалуйста, — я сдерживала слёзы как могла.
— Даже телефон не оставишь? — не терял надежды он.
— Нет, не надо, — из последних сил держалась я и, резко вырвавшись из его объятий, протянула билет на посадку сотруднику.
Я быстро вышла из аэропорта и зашла в автобус, не оглядываясь. Я знала, что он не сможет за мной пойти. Я просто оставила его там — и всё: оставила там наши разговоры, наши прикосновения. Наверное, я оставила там часть своей души или даже сердца.
Я не помню, как я заходила в самолёт, как садилась на своё место, как на автомате набрала сообщение Вадиму, что вылетаю. Я очнулась, когда ко мне подошла стюардесса.
— С вами всё в порядке? — спросила она.
— Да, — ответила я и поняла, что практически не вижу её за стеной своих слёз.
— Точно? — переспросила она.
— Да, теперь всё в порядке, — вытирая слёзы салфеткой, произнесла я.
Теперь всё в порядке. Мы больше не встретимся с ним, я просто уеду и никогда не узнаю, смогло ли у нас что‑нибудь получиться. Ведь Мурманск достаточно далеко от Казани, и мы будем на безопасном расстоянии друг от друга.
Я коснулась своих губ подушечками пальцев нежно и аккуратно, ведь на них ещё хранился его вкус. Вкус того, чего у меня никогда не будет.
Савва
— Вот она, глупая, думает, что я просто дам ей уйти. Ну уж нет! Она боится, боится меня и нашей близости — пока боится. Я докажу, что я достоин её, — думал я, стоя у кассы, покупая билет в Казань. — Не такой уж Казань и большой город, ну а свою Алису я точно найду. Пусть она даже не сомневается.