И тут наш разговор прервал охранник, который очень извинялся перед принцем за то, что оставил меня одну.
Вечером Аника сказала мне, что Елена уехала и теперь все три комнаты пустуют. А ещё что ходят слухи, будто принц влюбился, но в кого — пока неизвестно. Эти новости меня никак не трогали — это то, что я пыталась вбить себе в голову. На самом деле они меня задевали, потому что, когда принц находился рядом, моё сердце переставало биться, и я забывала, как дышать. Но я изо всех сил пыталась спрятать свои зарождающиеся чувства к принцу подальше от всех, но в первую очередь — от самой себя.
Всё королевское семейство готовилось к ежегодному королевскому балу. На этот бал приглашались местные знаменитости, богачи, политики и простые люди. Бал проходил под открытым небом, на площадке около замка. Событие грандиозное для нашего государства, поэтому подготовка была тщательной. Главным цветом этого года был выбран синий цвет. Сапфировые украшения у меня уже были — королева подарила мне их, — а кольцо преподнёс принц, вернувшийся на днях из очередной командировки.
Многие супруги сопровождали своих мужей в политически важных поездках, но он меня с собой не звал, чему я была безумно рада, потому что видеть, как он гуляет с очередными женщинами на моих глазах, мне очень не хотелось: это могло бы разбить моё сердце. Пребывать в неведении и минимизировать столкновения с этими женщинами — это то, что я выбирала.
Аника приносила всё новые и новые сплетни: что принца никто не узнаёт, он не встречается с женщинами, отказывается от новых знакомств, всегда задумчив, и у него очень печальные глаза. Я склонялась к тому, что это его очередной наигранный для всех образ. Хотя в общении со мной он и правда изменился: постоянно делал мне комплименты, привозил подарки, много шутил и вообще старался побольше проводить времени со мной, но всегда придерживался дистанции.
Но был один раз, когда мы столкнулись с ним в безлюдном коридоре недалеко от библиотеки, где он меня прижал к стене и вновь поцеловал. Я чувствовала, как он дрожит и что он возбуждён. В тот момент я даже немного испугалась — так резок был его порыв. Он, заметив это, извинился и наскоро исчез.
Почти всю последнюю неделю я проводила у портнихи: она шила мне изумительное платье глубокого синего цвета, у него была пышная, но очень лёгкая юбка. А туфли к этому платью были просто неземные: они были вышиты камнями и переливались так же ярко, как и мои сапфиры. В одну из примерок зашёл принц и простоял около часа неподвижно, оперевшись на дверной косяк, просто наблюдая за мной. Сначала я чувствовала себя не в своей тарелке, потом вообще перестала его замечать. Возможно, мне показалось, но он в тот день будто любовался мной.
И вот настал день ежегодного королевского бала. Поистине роскошное королевское оформление, много людей — и все в синем, живая музыка, напитки лились рекой. К своему стыду, за почти девятнадцать лет я впервые была на этом празднике, несмотря на то что он проходил каждый год, и поэтому у меня было столько восхищения от происходящего. Но мне нужно было вести себя, как подобает принцессе, ведь всё внимание народа обращено на королевскую семью.
Спустя полгода после свадьбы я уже привыкла правильно позировать и как надо улыбаться. Где‑то через час после прибытия на бал нас ждал танец: мы с принцем готовились и репетировали пару часов. Во время репетиции близость принца немного смущала меня, и он это замечал и нагло улыбался. Я немного волновалась перед танцем. Но мы справились на отлично: мы кружились в танце и улыбались друг другу. Принц нежно прижимал меня к себе. Этот танец сильно отличался от нашего первого свадебного танца. Чувствовалось, что мы стали ближе, и мне уже не нужно было привлекать внимание принца — он и так не отрывал от меня взгляда, и я была уверена, что это не наигранно, потому что в его взгляде читались чувства — только вот какие…
Далее нам предстояло приветствовать гостей и с многими пообщаться лично, согласно королевскому протоколу.
— Мне не нравится твоё декольте, — вдруг сказал принц.
— Вы можете не смотреть на него, — ответила я ему в своей обычной манере.
— Во‑первых, мы договорились общаться на «ты», а во‑вторых, я хочу туда смотреть, — застал меня врасплох принц.
— Тогда что не так? — удивлённо спросила я.
— Я не хочу, чтобы другие туда смотрели, — заявил он.
— Ты что, ревнуешь? — развернулась я к нему и посмотрела прямо в глаза, чтобы он не мог мне соврать.
— Да, я ревную тебя, — ответил он очень честно и взял меня за руки.
— Я не понимаю, я вроде безразлична тебе.
— Нет, ты мне не безразлична, — завёл он меня за декорации, где мы остались наедине и никто не мог слышать наш с ним разговор.
— Но мы до сих пор не спали, ты не хочешь меня как женщину, — нарушала я все правила общения этими словами, но мне просто необходимо было знать ответы на эти вопросы.
— Я хочу тебя, я просто с ума схожу, как хочу. Я, когда на свадьбе тебя впервые увидел, влюбился с первого взгляда, — признавался он мне.
— То, что я всю ночь просидела одна в гостевой спальне, говорит об обратном, — еле сдерживала слёзы я.
— Я не хотел влюбляться, мне нравился выбор, свобода, но ты своей красотой, своей улыбкой нарушила мой покой. Я мог бы взять тебя силой, но хотел, чтобы это было взаимно. Признаюсь, я сначала растерялся: любовь в мои планы не входила, но рядом с тобой я был бессилен. Мне всё больше и больше нужна была только ты. Неужели ты этого не замечала, Анастасия?
— Замечала, но боялась ошибиться, боялась всю жизнь страдать, отгоняла это чувство.
— Значит, это взаимно, Анастасия? Скажи мне, ответь? — требовал он.
— Да, — и из глаз полились слёзы, а он обнял меня крепко‑крепко и целовал — в губы, в мокрые щёки, в волосы, не боясь испортить мою причёску.