— Ильэлл! — выдохнул Им-Трайнис.
Осторожно приблизившись, он рассматривал чудовище, раздумывая, как его прикончить. Панцирь мартуба выглядел прочным, а в тесноте коридора воин не мог толком размахнуться.
— Копьё бы не помешало, — пробормотал Бел.
Выставив меч, рыцарь дождался, когда тварь в очередной раз повернётся к нему, после чего в стремительном выпаде вонзил остриё в приоткрытую пасть. Морщась от булькающего шипения, навалился, проталкивая клинок глубже. Когда половина светящегося лезвия оказалась внутри, мартуб перестал биться и осел. Им-Трайнис рывком освободил меч, выждал, кольнул выпученный чёрный глаз. Убедившись, что монстр издох, позвал Сиоайла.
Встав рядом с воином, менсаконец оглядел поверженное чудище.
— Думаю, он последний на свете. Вряд ли где-то есть ещё.
— Хвала богам, — откликнулся Бел.
Невысокий волшебник согласно кивнул:
— Мир стал значительно безопаснее без этих злобных существ.
Кроме мартуба, других сторожей в подземелье не оказалось. Быстро добравшись до конца хода, спутники очутились перед длинным пологим подъёмом, упиравшимся в запертую дверь. Оказавшись возле неё, рыцарь прижался к шершавому дереву ухом.
— Ничего не слышно, — шёпотом сообщил он Сиоайлу.
— В комнате за ней никого нет, — кивнул менсаконец. — В доме лишь двое. Это люди и они находятся выше нас. Во дворе — множество существ: мне сложно сосчитать их.
— Умение глядеть сквозь стены — ценное качество, — вполголоса заметил Им-Трайнис, осматривая и ощупывая дверь. — С ним солдат может стать хорошим лазутчиком.
— Эта способность позволяет избегать опасных встреч, — уголки губ Сиоайла чуть приподнялись. — Я потратил много времени, изучая и практикуясь, именно потому, что не боец и никогда не стремился стать таковым.
— Будьте настороже, — предупредил Бел. — Коли недруги двинутся к нам — сразу известите.
Отступив на шаг, рыцарь ударил дверь ногой. Раздался громкий треск.
Воин замер, вопросительно глянул через плечо.
— Все остались на своих местах, — сообщил менсаконец.
— Может, и не услыхали…
Им-Трайнис вновь оглядел дверное полотно, провёл пальцем по длинной трещине. Выбрав место, упёрся плечом, напряг ноги, усиливая давление. Что-то приглушённо заскрипело, вскоре к этому звуку добавился протяжный хруст расходящейся древесины. Спустя примерно двадцать ударов сердца, дверь не выдержала.
Бел, точно огромный хищник, ворвался внутрь. После убийства мартуба, бо́льшая часть магического состава стёрлась с клинка, но оставшегося хватало, чтобы рассмотреть помещение.
— Пусто, — донёсся до менсаконца голос рыцаря. — Только ящики какие-то, да мешки. Клеть, должно быть.
Сиоайл вошёл, глянув мимоходом на повисшие на железных петлях остатки двери и вывороченный засов.
— Вы удивительно сильны, господин Им-Трайнис, — с уважением сказал он Белу.
Тот пожал плечами:
— Должно быть, дверь не особо хороша. Нам повезло.
— Мне так не кажется, — пробормотал менсаконец, вновь посмотрев на остатки толстых — в три пальца — буковых досок.
Пройдя всю кладовую, воин обнаружил выход.
— Не заперто, — тихо произнёс он и осторожно выглянул в соседнее помещение. — Тут дверь в другую комнату и лестница в верхницу.
— Нам как раз нужно на второй этаж. К людям, — даже отрывистые фразы в устах Сиоайла звучали чуть ли не песней. — Будьте готовы.
Бел хмыкнул: стоит ли призывать к готовности живущих в приграничье?
V
V
Поскрипывающие ступени привели спутников в небольшую комнату, служившую хозяину дома спальней. Квадратный стол, единственный стул с резной спинкой, пара окованных железом сундуков, узкая кровать возле небольшой печи — Им-Трайнис видал мужицкие избы побогаче. От обычной деревенской горницы помещение отличалось разве что пушистым напольным ковром с ярким причудливым узором, да узким шкафчиком, забитым цилиндрическими кожаными футлярами со свитками.
Была там ещё одна вещь, какой не встретишь в обычном доме: дверь, полностью покрытая блестящими медными пластинами с искусным чеканным узором. Все вместе они складывались в изображение неведомого растения, спирально закрученные ветви которого переплетались со множеством загадочных знаков.