— Когда маг помер, все его колдовские слуги исчезли, — объяснил Им-Трайнис. — Здесь то же самое произошло.
— Вот оно как, — Дерел в задумчивости поскрёб подбородок.
— Господин Ук-Мак, — с озадаченным видом подал голос менсаконец, — мы с господином Им-Трайнисом довольно долго шли от дома, в котором ночевали, к этому. Вы же добрались сюда удивительно быстро. Неужели, боги и вас наделили невероятными силами?!
— Какие боги?.. И что значит — долго шли? Тут рукой подать! Да и след ведёт, как указатели на большаке… Бел, — с внезапной догадкой Дерел посмотрел на товарища, — неужто вы заблудились?
Прочитав ответ по выражению лица Им-Трайниса, пограничник огорошенно покачал головой:
— Бел, как ты находишь свои покои в замке Арп-Хигу?
— Меня всюду водит особый слуга, — усмехнулся друг. — И в трапезную, и в уборную.
— После сегодняшнего дня готов поверить в это, — с иронией объявил Ук-Мак. Он поглядел на лежащего на земле барона. — Ну, что: сделаю носилки для раненого — и возвращаемся на заставу?
— Обойдёмся без носилок, — отмахнулся Им-Трайнис. Ткнул рукой в сторону жилища колдуна: — Где-то там заперты кони — слыхал ржание, когда мы выходили.
— Признаться, надеялся на подобное, — сказал Ук-Мак. — Идти бы отсюда долго пришлось. Тогда сейчас схожу за лошадьми и — домой. Пойдём со мной, Бел.
— Мы не вернёмся в Эмайн, господа, — внезапно сказал менсаконец. — Нас с господином Кьяртаном ап Лайнсом ждёт спешное дело.
— Я настаиваю, — строго заявил Им-Трайнис. — Этому рыцарю нужен целитель. Да и вы ранены, почтенный Сиоайл.
— Вы видели, на что я способен, — с тёплой улыбкой проговорил синеглазый маг. — Заверяю вас, мне под силу поставить на ноги барона и вылечить себя. Мы займёмся этим по дороге в Киаллисс.
— Куда? — переспросил Ук-Мак.
— Это страна, откуда прибыл господин ап Лайнс. В местности, граничащей со степью, при строительстве крепости выкопали огромный обсидиановый пирамидион, усеянный светящимися символами. И вскоре в округе стали умирать люди. Много людей, — звонкий голос менсаконца зазвучал скорбно. — Если кто-то в этом мире и сможет прочесть надписи на пирамидионе, то только я. Поэтому нам с бароном необходимо как можно быстрее оказаться там… Мы поедем, даже не отговаривайте, господин Им-Трайнис. Поверьте, когда ап Лайн придёт в чувство, скажет то же самое. Вы же не станете удерживать нас силой?
— Нет, — вздохнул Бел.
— Благодарю, господин Им-Трайнис. Будьте любезны, помогите мне дать барону это снадобье. Оно подействует быстро, и мы сразу сможем выступить…
Провожая двоих чужеземцев в лагерь на опушке, эмайнские рыцари остановились возле лесного домика. Бел с Дерелом вновь обрели свои сёдла, путешествовать без которых было не столь удобно. Когда все, кроме Им-Трайниса, сидели на лошадях, готовые продолжить путь, Бел сказал Ук-Маку:
— Мне нужно немного задержаться. Поезжайте, я догоню.
Дерел внимательно оглядел его. Не задавая вопросов, утвердительно наклонил голову и тронул бока скакуна шпорами.
Оставшись в одиночестве, Им-Трайнис вошёл в сумрачный дом, зажёг свечу, оставленную Ук-Маком в сенях. О чём-то думая, двинулся дальше.
В центре большой комнаты лежали обугленные остатки мебели. Сильно пахло гарью. Несмотря на это, на потолке вновь копошились летучие мыши.
Не останавливаясь, рыцарь миновал их, направляясь в дальнюю клетушку. Там, поправив покосившуюся лестницу, поднялся на чердак. Неторопливо прошёлся, вспоминая, каким всё было во сне. Вытащил пустую парсуну. Подержал, медленно поглаживая большим пальцем вмятину от клинка. Ощущая необъяснимую грусть, бережно опустил на ложе.
Покидая чердак, Бел подцепил крышку люка и, сходя по лестнице, тихонько закрыл его.
Оказавшись на улице, воин глубоко втянул сырой лесной воздух. Притворив дверь, отвязал жеребца, запрыгнул в седло. Обернувшись, прислушался к чему-то. Потом поднял глаза к невидимому сквозь древесные кроны небу.
— Да будут боги милостивы к тебе, — негромко произнёс рыцарь.
Последний раз взглянув на дом, Им-Трайнис направил коня в чащу и вскоре скрылся между деревьями.
Золотая богиня
— Так чаво хотел-то? — ставя кружку на стол и утирая рот рукавом, спросил Дрызг. — Пошто от дела отнял?
— А ты как будто энтому шибко опечалился, ажно пивом дармовым дависся, — беззлобно ответил Вирнер, цепким взглядом окидывая просторный зал «Огонька». — Погодь немного: прочие притопают — так разом и поведаю всё…
Долго ждать не пришлось: один за другим в трактире объявлялись созванные Вирнером товарищи. Одинаково останавливались у дверей, шаря глазами по полутёмному помещению, а после подсаживались к столу в дальнем углу. Последним пришёл Эгарт — в броне и при оружии. Сняв исцарапанный конический шлем, примостил на краю стола, круглый щит прислонил к бревенчатой стене, топор положил на лавку рядом с правым бедром. Не говоря ни слова, вопросительно уставился на Вирнера.