Вздохнув, молодой человек понурился.
— Увы, господин Им-Трайнис, братство не то, что в прежние времена, — печально сказал он. — За те пять зим, что я живу здесь, никто ни разу не пытался обороть тёмные чары. И не потому, что магов наперечёт. Порой приходят селяне с жалобами на колдовство — но их сразу выпроваживают не разобравшись. Брат Ансельм говорил, что в обители поселились корыстолюбие и праздность, и что наше пламя угасает, — последние слова Ланс произнёс очень тихо.
— Кто такой Ансельм? — заинтересовался Бел, прикидывая, не удастся ли приспособить к делу такого сообразительного и честного человека.
Ответ Ланса разом разрушил едва начавший оформляться план:
— Он был старейшим в обители. Настоящий брат-рыцарь, одолевший нескольких колдунов и ведьм. Умер в конце прошлого года, — в голосе парня слышалась тоска. — Ансельм единственный, кто учил меня…
Заинтересовавшись, Им-Трайнис исподволь принялся расспрашивать Ланса об Ансельме и жизни в братстве. Поначалу молодой человек говорил неохотно. Но постепенно добродушное обаяние Бела разрушило плотину, из-за которой хлынуло долго копившееся недовольство Ланса. Оказалось, он с детских лет мечтал сражаться с тёмной магией. Вот только братство Испепеляющего пламени оказалось не тем, что Ланс знал по старым книгам. Насельники обители давно не выслеживали чародеев: их больше интересовали привилегии, пожалованные братству короной, и сопутствовавшее им богатство. Даже обычные воинские тренировки здесь стали редкостью.
Только старик Ансельм, посвятивший жизнь делу братства, разделял устремления Ланса. Он начал учить парня распознавать магию. Даже посвятил в основы колдовства, которым раньше владели все братья — без этого невозможно было биться с волшебниками.
Когда же Ансельм умер, Ланс стал чуть ли не отщепенцем в обители. Прочие братья держали его на расстоянии, посмеиваясь над желанием следовать обетам, данным при вступлении. Поэтому почти всё время Ланс проводил в библиотеке — месте, ставшем его вотчиной.
— Сюда никто не приходит, — говорил молодой человек, — и признаюсь, я был удивлён и немного раздосадован…
Он запнулся, осознав, что наговорил лишнего. Бел с усмешкой докончил:
— …Что сюда заявился невесть кто, верно?
— Это слишком… — Ланс смутился.
— А я полагаю, боги устроили эту встречу, — ободряюще произнёс рыцарь. — Ибо приграничье в беде и вы, почтенный Он-Рейм, единственный в обители, кто способен нам помочь.
— Но я знаю очень мало! И даже не посвящён в рыцари!
— Зато вам знакома библиотека, — Бел широким жестом указал на книги. — Ежели кто и способен отыскать ответ на нашу загадку, то только вы.
Ланс задумался, невидяще уставившись в пол. После вскинул голову:
— Если братья Испепеляющего пламени встречались с чародейским туманом, о котором вы поведали, это должно быть в хрониках!
Увидев безмолвный вопрос на лице Бела, пояснил:
— Все дела и походы братства прилежно записываются. В каждой обители есть своя летопись, где указано, где и когда были братья-рыцари, с каким врагом столкнулись и каким способом одержали верх… или как погибли — такое тоже случалось.
— Тогда не станем терять времени!
— Да, — кивнул Ланс.
Лавируя между мебелью, он провёл Им-Трайниса в дальнюю от входа часть библиотеки.
— Хроники здесь, — с гордостью указал парень на несколько высоких шкафов. — Наверно, лучше начать с конца и потихоньку продвигаться к первым записям.
Стянув с полки том в кожаном переплёте, молодой человек положил его на полированную подставку книжного колеса.
— Господин Им-Трайнис, берите следующий, — сказал он, раскрывая книгу. — Вдвоём мы продвинемся скорее…
— Дай-то боги, — пробормотал рыцарь, обречённо глядя на тесные ряды манускриптов разных размеров и толщины.
IV
«…В год осьмой правления Их Величества короля Ринуальда, в Норграле, в лесе за рекою Арвирном зовущейся, объявились таинственники, во ночи тёмные ритуалы деящие, да блуд непотребный творящи. Сих поборников волшбы злой отправились воевать бестрепетные братья Винс Хамри-Дроу, Рауг Тарн-Лосс, Пим Раувли-Каггер…»
Оторвавшись от хроники, Бел зевнул, потёр ладонями лицо. Удручённо вздохнув, вновь углубился в чтение. В какой-то момент ему даже стало интересно — это произошло, когда хронист сообщил, что рыцари пропали. Но вскоре выяснилось, что оные присоединились к лесным прелюбодеям и даже возглавили их. На этом месте Им-Трайнис решительно закрыл книгу.