— Демоны… демоны…
Другой, издавая дикое горловое ворчание, полоснул Им-Трайниса кинжалом. Лезвие со скрежетом скользнуло по чешуйчатой броне, а в следующий миг Дерел выбил оружие из руки атаковавшего.
— А ну, прекратить! — гаркнул солдату командир Радовника. — Иначе…
Озвучить угрозу помешало появление кочевника. Вырвавшись откуда-то из гущи свалки, он кинулся к группке рыцарей, воздев над головой топорик. Ронэ-Паул скользнул ему навстречу и мастерским выпадом вонзил меч в живот. Чуть провернув клинок, высвободил и начал поднимать для добивающего удара. Кочевник, вместо того, чтобы упасть или застыть от полученного тяжёлого ранения, живо подскочил ещё на шаг и стремительно опустил топор на незащищённую голову рыцаря. Узкое, чуть изогнутое лезвие, точно клюв хищной птицы, легко пробило кожу и кость и застряло в черепе. Часто дёргая руками и ногами, рыцарь повалился наземь.
Кочевника потянуло вслед за падающим телом. Почти в то же мгновение Нак-Эндарс отрубил руку, сжимавшую топорище, а меч Дерела прошил воина насквозь, войдя под левой ключицей. Нападавший качнулся, после подался вперёд, насаживаясь на клинок. Когда в его окровавленное тело упёрлось стальное перекрестие меча, кочевник согнулся и, вытянув шею, впился зубами в руку Ук-Мака, не успевшего надеть перчатки. Дерел шумно выдохнул от боли и принялся колотить врага левым кулаком в висок. После третьего удара, послышался глухой хруст, но кочевник продолжал стискивать зубы, по которым текла кровь вперемежку с тягучей мутной слюной.
Отшвырнув ратников, Бел кинулся к другу. Ухватив кочевника за сальные волосы, перерезал ему горло кинжалом. Увидев, что и это не помогло, продолжил пилить шею, покуда не отделил голову от туловища. Лишь после этого тусклые глаза чужака закатились, и Ук-Мак сумел высвободить руку. Морщась, он упёрся ногой в труп и потянул меч.
На него сбоку бросился один из пограничников — тот самый, что пытался зарезать Им-Трайниса. Его перехватил Нак-Эндарс. Меч командира неярко блеснул отражённым светом факела — и голова ратника покатилась по земле.
— Клянусь Ильэллом, они — мертвецы, — глухо проговорил Нак-Эндарс.
Точно подтверждая его слова, с земли неторопливо поднялся Саймон Ронэ-Паул. Подёрнутые поволокой глаза рыцаря не моргали, в черепе всё ещё торчал топор, из-за чего голова убитого клонилась к плечу.
От неожиданности Им-Трайнис пнул Ронэ-Паула ногой, отчего тот кубарем покатился по земле. Топор вылетел из раны, кровь окрасила бледное лицо тёмным. Мёртвый рыцарь вновь встал, выхватил кинжал и опять устремился к бывшим товарищам.
Ук-Мак шагнул вперёд. Правая подошва жёстко ударила утоптанный грунт, корпус повернулся скручиваясь. Удерживаемый двумя руками меч смазанной линией распорол воздух и наискось срезал голову Ронэ-Паула. Тело рухнуло и более не шевелилось.
— Колдовство, — прокомментировал командир форта, — но с ним можно совладать.
Он повысил голос:
— Собирайте людей! Зажгите больше факелов! Что на стенах?..
Под энергичным руководством Нак-Эндарса, сбитые с толку пограничники воспрянули духом и сумели потеснить нежить. Несколько человек удерживали подходы к лестницам, ведущим на стены, где другие ратники отражали нападение кочевников, штурмовавших форт снаружи.
Когда почти все мёртвые воины были обезглавлены, колдовское пение стихло. Вытирая пот, перемешавшийся с чужой кровью, командир Радовника расхаживал по двору, осматривая поле боя, подсчитывая потери и раздавая указания.
Ук-Мак с Им-Трайнисом плечом к плечу сидели на земле у стены казармы.
— Как полагаешь, закончилось? — пробасил Бел.
Дерел устало приподнял плечи.
— Не ведаю того, — его настороженный взгляд шарил по сторонам, задерживаясь на распластанных повсюду окровавленных телах. — Мыслю, нужно быть готовым ко всему.
Подумав, гигант кивнул:
— И то верно.
Опираясь на меч, поднялся.
— Пойду, водички попью. И осмотрюсь.
Глубоко втянув ноздрями пахнущий смертью воздух и медленно выпустив через рот, Ук-Мак прикрыл глаза:
— Побуду здесь пока. Дух переведу.
Им-Трайнис сверху вниз поглядел на друга, снявшего этой ночью самое большое количество голов. Значительная их часть принадлежала эмайнцам — пускай и мёртвым.
— Я и тебе попить принесу, — сказал он.
Губы Дерела растянулись в слабой улыбке:
— Спасибо.
В оставшуюся часть ночи кочевники ещё дважды пытались взять стены Радовника. Оба раза атаки сопровождались пением, поднимавшим мертвецов. Но нежить теперь лезла только снаружи, вдобавок, ратники узнали, как совладать с такими врагами. Форт удалось отстоять.