Делали учителя это потому, что Света из семьи баптистов. Ее нужно было срочно спасать от мракобесия. Конечно, спасать, вон она какая тихая, глаза боится поднять и вечно сжимается в комочек при разговорах, как будто ее кто-нибудь собирается ударить. Запугана, хотя, наверное, зря. Она уже слишком большая, чтоб родители принесли ее в жертву... Странно, как это получилось, что необразованные мракобесы отдали ребенка в самую лучшую физматшколу города, которая была даже не в их районе. Света жила то ли в Холодной Балке, то ли аж на Рудыче.
Однако, в отличие от классных хулиганов, она не запрет меня на чердаке ради смеха, а то ведь с тех станется закрыть дверь и уйти.
Я опередила дежурных по классу, ответственных за карты, и в самом начале большой двадцатиминутной перемены постучалась в учительскую. Историчка бы сообразила, что слишком уж рановато я беру карту перед уроком. Но старенькая географичка Варвара, не моргнув глазом, сунула мне, умнице, отличнице и примерной девочке, три карты! Это было дополнительным плюсом для моей затеи. Одна карта по истории выглядела бы подозрительно. Я спустилась в каморку технички под Центральной лестницей. Ага! Вот где прогуливают и дежурство, и уроки наши двоечники. Сидят, играют в «дурака» с сыном технички.
«Чего тебе?» – недовольно поинтересовалась она у меня.
«Можно ключ от чердака?»
Сейчас спросит, зачем он мне, а врать я не умею, тут моя экспедиция раскроется, и меня, может, даже выгонят из школы.
Я смутилась, покраснела и дернулась к выходу.
«Оставь, я их сама потом отнесу!» – кивнула техничка на рулоны карт в моих руках.
Я пару раз видела, как на чердак убирали старые карты. Собственно, в этом план по выуживанию ключа и заключался: изобразить без лишних слов, что мне поручили отнести вышедшие из употребления карты на чердак. Почти получилось. Но не отдавать же их. Я замотала головой и развернулась уходить, пока меня не разоблачили.
«На!» – сунула мне техничка ключ.
Я, не веря своей удаче, на ватных ногах вышла из каморки. Карты проскальзывали в мокрых ладошках.
На посту Светка вытаращила на меня свои круглые глаза и прошептала с укором: «Ты почему опаздываешь на дежурство?»
«Так, – перебила я ее. – Держи карты, головой за них отвечаешь!»
Вернулась с полдороги.
«Светик, у меня есть дело на чердаке».
Глаза у нее стали еще круглее.
«Если вдруг кто-нибудь туда пойдет, крикни мне».
Гм, такая вряд ли крикнет.
«И отопри, если меня там закроют», – вздохнула я.
Она приоткрыла рот, но возражать не стала.
От нетерпения, смешанного со страхом, у меня дрожали пальцы. И ключ не хотел проворачиваться в амбарном замке. Наконец что-то щелкнуло, и замок провис на дужке. Я пожалела, что не взяла фонарик. Увлеклась планом по раздобыванию ключа и не подумала о фонарике. Я зашла вовнутрь. (Сейчас я была бы умнее и не оставила амбарный замок на дверях, прихватила бы с собой. Впрочем, сейчас меня мало интересуют школьные чердаки).
В начальных классах про чердак рассказывали леденящие душу сказки с привидениями. В классах постарше их сменили истории о запертых, зарезанных, спрятанных живьем, но все равно умерших или убитых тем или иным изощренным способом детях. Враки, конечно. Хотя, может, и прятался тут кто. Я лично рассчитывала найти сундуки с полуистлевшими книгами и документами.
Чердак оказался пыльным и неожиданно светлым. С окнами, правда, не такими громадными, как по всей школе, и очень грязными, но все же пропускавшими свет. Ничего особенного. Скучные старые географические карты, даже исторических не нашлось...
«Зззззз!» – раздался звук металла, пилящего человеческую кость. А потом стон. Все-таки мертвяки кого-то тут мучают и даже убивают.
6. Родионов часть 2
«Ааа!» – с воплем вылетела я из чердака и помчалась по ступенькам на лестничную площадку.
«Бах!» – врезалась во что-то большое и мягкое.
Громадный живот. Чья-то ладонь опустилась мне на голову и легонько оттолкнула от живота. Я подняла глаза – Родионов! Я чуть не сшибла с ног Родионова!