- Я не трепло! – кивнул гордый, что ему доверили тайну, Дед Мороз.
- Зато все испугались после того случая. Забегали. Прядок быстро навели. Чуть что – профессора вызывают. Тебя, между прочим, тоже к нам в инфекционное по ошибке положили. У тебя в сопроводительных документах было написано, что инфекционный. Хорошо, что профессор вовремя осмотрел.
- Меня не переведут? – испугался Дед Мороз. – Я не хочу в другое отделение.
Вечером Олег рассказывал, что был он отличником боевой и политической подготовки, заявление в партию подал. Невесту-москвичку завел, собирался жениться после армии. И тут на тебе, случилась та история. Невеста его обиделась, тут же бросила... Димка слушал вполуха и нет-нет да поглядывал на пустую кровать. Ему почему-то вспомнился кабанчик, которого они с Максом и Гавиком резали осенью.
Он жил от разговора с Мариной до разговора. Олег над ней подсмеивался: «Зачем тебе Дед Мороз?» К Димке и в госпитале прилепилось это прозвище. «Он же холодный, ему Снегурочку надо. А я с Кубани, горячий». Дед Мороз смущался. А Марина не обращала внимания. Продолжала заглядывать к Диме в свободное время.
Койка Петрухи у окна недолго пустовала. Теперь ее занял лопоухий с испуганным взглядом парень. Молча лежал первые дни под капельницами. Дед Мороз испытал что-то вроде ревности, глядя, как Марина возится с новеньким. Но как только у нее выдалась минутка, она опять прибежала посидеть не с кем-нибудь, а с Димкой.
Лопоухий пришел в себя, у него прорезался вполне требовательный голос, взгляд стал уверенным. И вообще он оказался довольно бойким. Громко сочувствовал историям Олега. Рассказывал свои, тоже громко.
- Ты прикинь, мы ж с ним теперь приятели. И чего я над ним издевался и бил?
- Ну, не бей, – зевнул Олег.
- Э, не! Меня били? Били. Теперь моя очередь.
Дед Мороз не дослушал, заглянула Марина, и Олег, скорчив всепонимающую рожу, потащил лопоухого покурить. А она зашла всего лишь убрать штатив от капельницы. За ней бочком проскользнул молоденький доктор и притворил дверь. Заговорил с Мариной, положил ей руку на плечо. Она отстранилась. Он, как ни в чем не бывало, опять обнял. Она сбросила. Он не давал ей выйти, напевая:
- Ягода-малина нас к себе манила, Ах, какою сладкой малина была.
Марина беспомощно глянула на Диму. Доктор обернулся и сказал что-то о Марине и Диме. Нагло улыбаясь. Гадкое. Дед Мороз озверел так, что не разобрал слова, только понял, что смысл пошлый. Кровь прилила к вискам. Рывком сел в кровати, опустил руку, нащупал судно, метнул в доктора и встал. Тот взвизгнул:
- Ах ты, сволочь! Я этого так не оставлю! - Опрометью выскочил в коридор.
Дед Мороз пожалел, что судно было пустое. Марина заплакала.
- Ты что? – растерялся Дед Мороз и сказал то, что обычно мама говорила Танюхе: – Из-за каждого пустяка плакать – слез не хватит.
Она шмыгнула носом, улыбнулась, прильнула к Димкиной груди на секунду. Ввалился довольный жизнью Олег, Марина схватила капельницу и ушла. Олег проводил ее недоуменным взглядом. Дед Мороз запихнул свою посудину обратно под кровать, улегся и отвернулся, чтоб избежать расспросов.
Вечером Марина сообщила:
- Тот придурок меня теперь десятой дорогой обходит. А то совсем распоясался. И ничего он тебе не сделает, не бойся, он всего лишь интерн.
Можно подумать, Дед Мороз боялся, но возражать не стал.
Олега и стройбатовцев выписали. Олег не огорчился:
- Нечего тут больше ловить: у девчонок практика заканчивается. На Новый Год будет скука.
Дед Мороз услышал, как две медсестрички бурно обсуждали, где и с кем встречать Новый Год. Одна собиралась домой к родителям, вторая уговаривала поехать с ней на дачу к ее другу. Веселая компания соберется. Тоже с кем-нибудь познакомится.
Дед Мороз решался, решался и выкроил время, когда в процедурной никого не было, кроме Марины, зашел, помялся и спросил:
- У тебя есть кто-нибудь?
Она поняла.
- Был, – ответила. – Но это не то, что ты думаешь.
Да он и не успел ничего подумать. Обрадовался и стал выяснять дальше:
- А с кем ты собираешься встречать Новый Год?
- Хотела домой поехать. Но это деньги. Лучше я на майские съезжу. Помогу бабушке, огород вскопаю. У нее же нет никого, кроме меня. Но она меня отправила учиться, говорит, что одну вон держала при себе и потеряла, пусть у тебя все будет хорошо.
Дед Мороз слушал. Марина задержала воздух, выдохнула:
- Мама умерла 3 года назад. Глупо, нелепо. Вроде и обращалась к врачам, но никто и не предположил больное сердце. Как же нам плохо без нее, и мне, и бабушке, если б ты знал.