- Что ж ты раньше не говорила? – вздохнул сочувственно Дед Мороз.
- А я до сих пор не могу поверить, что ее нет. И ты так здорово о своей рассказывал. А моя – такая же замечательная. Веселая. Отец на ее фотографию смотрел, я боялась, что выпросит. Спросил, был ли у нее ухажер. Глупые они. Так любить друг друга и расстаться, – У нее слезы потекли по щекам.
- Не надо, – попросил Дед Мороз. – Не трави себе душу.
Она кивнула.
- Сказать заранее? Я на Новый Год напросилась на дежурство. В принципе, не положено. И практика раньше заканчивается. Но они ухватились – еще бы, кому охота работать в такую ночь. Сказали, что засчитают мне за практику. Заказывай, что ты хочешь на Новый Год. Мандарин и конфет тебе нельзя – вон какая аллергическая реакция.
Димка покрылся в последнее время гадкой сыпью. Хорошо, хоть не чесалась. Он и обрадовался, и смутился. И ничего не заказал.
Лопоухий умотал встречать праздник в соседнюю палату – они разжились спиртным по такому случаю. Димка ждал Марину.
- Смотри, что я тебе принесла! – объявила она с порога. – Мороженое!
Наверно, он догадывался и раньше, но гнал от себя эти мысли. Таких совпадений не бывает...
- Ты что, не любишь мороженое? – огорчилась Марина.
Он ел мороженое, а она рассказывала:
- Помнишь, ты спросил, есть ли у меня кто. Наверно, у меня судьба, как у мамы: не могу удержать, кого люблю. Я летом попала в больницу, страшно было, одиноко. И вдруг он. Смешной, сумасшедший. Самое главное, я ему нужна была. Я знаю это. Любая. И он мне тоже. И все. Бросил. Исчез. Неожиданно. Как и появился...
Дед Мороз мог сказать: «Я не исчезну». Он хотел это сказать. А прервал молчание совсем другими словами:
- Ты помнишь, как Максим принес тебе шампанское?
- Какое шампанское? – у нее поползли вверх брови.
Но тут же все надежды Димки рухнули, потому что она рассмеялась:
- Максим мороженое мне принес! Не такое, а пломбир, большим брикетом. Стоп! Откуда ты...? Он...?
- Максим тебя искал и не нашел. Бери ручку, пиши адрес его полевой почты.
Она задохнулась от волнения. Глаза ее сверкали. Она засыпала его вопросами. Самый главный из которых был:
- Я ему нужна?
- Конечно, – ответил Дед Мороз. – Разве может быть по-другому?
Она встала пойти проверить палаты, но остановилась.
- А что мне ему написать? – спросила, растерянно улыбаясь.
- Ну это просто. Пиши: поздравляю с прошедшим Новым Годом, желаю успехов и большого счастья в личной жизни.
- Это все?
- Добавь, что скучаешь, – посоветовал Дед Мороз.
Он слышал, как Марина вприпрыжку помчалась по коридору. Он лежал и прислушивался к себе. Он боялся, что ему будет больно. А его вдруг захлестнуло счастьем. Он ни о чем не думал. Он знал, что все будет хорошо. Прорвемся!
11 Апельсины
История про апельсины началась с персиков.
Мы полгода как поженились, и летом я потащила мужа в первую совместную поездку в мой любимый Крым. Остановились у веселого рыжего семейства в деревне под Судаком. Старшие рыжики: добродушный отец семейства, хозяйственная веселая мама и две деловые взрослые дочери нашу новую ячейку общества опекали. Они давали нам выспаться, спозаранку громким шепотом одергивая друг друга под нашим окном: «тихо, молодожены еще не встали». Учили своему семейному секрету, как засаливать не только огурцы, а еще и кабачки. Между прочим, до сих пор засаливаю кабачки по их рецепту. А мы опекали их младшенькую, первоклашку, она хвостиком за нами всюду увязывалась. Вместе по заброшенным садам собирать тутовник, вместе на море, вместе в горы в пещеры. А вечерами она ужинала с нами, мы играли в настольные игры или просто трепались про все на свете.
Но это я отвлекаюсь от апельсинов.
Сидим мы как-то вечером втроем во дворе за столом под виноградом и обсуждаем планы на завтрашний день. Появляется рыжий улыбающийся отец семейства и ставит нам рядом со столом не один, не два, а целых четыре плоских ящика с персиками. Дали ему в совхозе списанные персики, слишком спелые. Ешьте, говорит, сколько сможете, на завтра не оставишь, ночь не пролежат, а варенье варить уже поздно, ночь на дворе.
И вот мы втроем умяли четыре ящика персиков за крымский неторопливый теплый вечер. Без каких-либо последствий для желудка, между прочим. Пришли с работы старшие сестры и испугались, что нам будет плохо. Не было! Но пошевелиться и встать из-за стола стало сложно. Сидим довольные и не очень подвижные. Я смотрю на пустые ящики и замечаю по ярлычкам, что они из-под апельсинов. Упоминаю, что и в Москве зимой продаются. Младшая уверяет, что им никогда не привозили, непонятно, откуда тара. Она никогда не пробовала апельсины. Вот мандарины да, пробовала, зимой можно купить. Пробормотала она мечтательно: «Ах, какие же они должны быть вкусные, эти апельсины!», и заговорили мы о чем-то другом. Апельсины вылетели из головы.