Я тогда порадовалась, что у замечательной девушки с коротенькими косичками все удачно сложилось, и эта история вылетела у меня из головы.
И вот гораздо позже прочитала рассказ Дины Рубиной, по странному стечению обстоятельств - тоже про Любку с уголовным прошлым. Кроме имени и того, что обе Любки были воровками - ничего общего. Ну, второе действующее лицо - докторша, которой Любка симпатична. Ну, ребенок, за которым Любке надо приглядывать. Характеры-то у всех действующих лиц разные. Однако нахлынули воспоминания, и я позвонила маме.
- Помнишь Любку?
К моему удивлению, мама не сразу сообразила, о ком речь.
- Мама, как ты могла - пожурила я шутливо, - доверить меня незнакомому человеку? Только ради того, чтобы кому-то доказать, что человек хороший, ты рисковала собственным ребенком.
- Да ты что, - изумилась мама, - я же за вами первые разы следом ходила. Обувь пришлось поменять на без каблуков, так быстро вы бегали. Я в первый раз все ноги стерла. До самого салона провожала, мало ли что. Но вот видишь, интуиция меня не подвела. Любка оказалась хорошей девочкой. Но она-то ладно. А ты помнишь Зулю? Зульфию?
Вот тут уже я не вспомнила, смутно только лицо, очень красивое и строгое.
- Ну, как же так! Она потом и приезжала к нам в гости, и письма писала. Я не помню, откуда взялась Любка, кажется, они с бабушкой шли мимо станции переливания, увидели объявление, что требуются санитарки, бабушка ее взяла за руку и привела. Очень просила. Я не смогла отказать пожилой женщине. Вряд-ли ее внучку кто-нибудь еще взял бы в медицину, разве что на завод. Но вот Зулю бы точно - больше никто даже на наш завод не взял бы. Значит, жду я на остановке автобус, смотрю, а на соседней лавочке сидит девушка, лицо потухшее, безразличное. Мне стало страшно, такой у нее был взгляд, я к ней подошла и спросила: «Ты не из отсидки, случайно?». Она зло так: «Тебе какое дело? Иди своей дорогой!». Мы, говорю, санитарок ищем, пошли, я тебя на работу устрою. Она уже с робкой надеждой: «А меня возьмут? Меня нигде не берут, как узнают, за что сидела, так и отказывают». А я, говорю, поручусь, только ты обещай, что будешь хорошо работать. Она живо подскочила и вернулись я с ней на станцию переливания, хорошо главврач еще был на месте. Он мне говорит: «Ты с ума сошла, она за убийство сидела! Двойное! У нас тут оборудование, кровь, ответственность! Ты кого привела?». А я говорю: «Глаз с нее спускать не буду, только дайте ей шанс, пропадет же, отчаялась совсем!». Вот ее под мое поручительство и взяли. Я бы вместе с ней вылетела с работы, сделай она что-нибудь не так. Но она очень добросовестно работала, старалась. Выяснилось, что сидела у нас в Калиновке за убийство нескольких человек. Ты помнишь, какой она необыкновенной красоты была? Неземной просто, нездешней. Ее уроды какие-то изнасиловать хотели, она не далась и, сопротивляясь, схватила нож и пырнула двоих, третий убежал и свидетельствовал против нее, когда ее судили за то, что те двое скончались. Она совсем невинная была, у нее мужчины еще никогда не было. И так жизнь ударила. Несправедливость, подлость. Но характер у Зули сильный, татарский. Гордый. Выстояла. Вышла она досрочно, домой возвращаться неловко, видимо, у них позор, надо чем-то хорошим его прикрыть. Она сняла комнату, попыталась найти работу, но с такой статьей оказалось невозможно. Деньги закончились. Хорошо, что я ее заметила, а то она уже в петлю лезть хотела. Преданнее и честнее человека я не встречала. А еще, она очень вкусно кофе варила, баловала меня, выйду из операционной, а чашечка уже дымится. Так меня и приучила к кофе, а я твоего папу. Меня начала одна противная медсестра допекать: «Завела себе прислугу, кофе барыне подает». Зуля на нее зыркнула своими глазищами, и та язык прикусила. Поработала она у нас, получила хорошие рекомендации и вернулась домой, кажется, в Самару. Писала мне письма и приезжала в гости. Замуж выходила - на свадьбу звала, но мы с папой не смогли отпроситься на работе, телеграмму послали поздравительную. Неужели не помнишь?
Нет, хорошо помнила я только Любку.
А мама, кстати, до сих пор не знает, что Любка покупала мне сладости. Может, уже пора рассказать?
2020-2022
5. Мой Донбасс
Про деда рассказывать непросто, настолько многогранной и яркой личностью он был. Пыталась несколько раз, но так и не вместила всех его черт ни в один из образов, для которых дед служил прототипом.
Я хорошо его помню, несмотря на то, что он рано погиб. Всегда веселый, в хорошем расположении духа. Даже когда серьезен, смеются его глаза, смеются морщинки вокруг глаз. Обычно он сыплет шутками. И заражает смехом всех вокруг. Самые сложные дела решает легко, с прибауточкой. При этом никого не обидит, не оскорбит, ко всем найдет подход. Мама говорит, что деда уважали и даже побаивались. А я не могу себе представить, чтобы его боялись. Он же добрый. Еще дед никогда не роптал, никого не обвинял в своих бедах. Жизнь все время била его и валила. А он как та игрушка ванька-встанька - упрямо поднимался, все налаживал, всем помогал. И искрился при этом улыбкой. Радостью жизни он ухитрялся делиться с окружающими.