Непонятно только одно – почему я? Совсем недавно стал инспектором, опыта как такового практически нет. Да, парни-то в отделении хорошие, чего стоит только один Куорт, но все же. Не герой, не умник, не маг, в конце концов! Разве Капитан и Старлей не могли выбрать достойную кандидатуру? Или Джанкарло просто уже потерял всякую надежду? Хотя, несмотря на разные преграды, с его деньгами несложно пробиться на прием к светиле предсказаний и задать простой вопрос: «Жив?» Выслушивать туманные пророчества, ясное дело, желания у серьезного человека не будет, но на такой вполне конкретный вопрос правильный ответ получить вполне реально.
Не клеится. Почему? Интуиция подсказывает – есть зацепка. Очевидная и понятная даже тупому. Но где? Задумчиво потерев щеку и отметив, что пора и побриться, я не удержался и, откинув хитрую защелку, открыл первую папку. Отчеты, наброски, какая-то карта, выписки, талоны на оплату… И за очередной исписанной бумажкой нашелся грифельный портрет молодого улыбчивого человека. Крон! Да это ж тот полоумный маг из подземного храма! Сглотнув, я обратил внимание на подпись под рисунком: «Федерико Лорне, друг детства».
Вот же ж весенние пляски троллей в герцогском саду!
Влетев в отделение, я столкнулся взглядом с попугаем, сидящим на прилаженной к стене жердочке. Птица хмуро меня осмотрела и отвернулась. Ничего, посидишь с седмицу на сухариках, авось добрее к хозяину станешь.
– Вот вы где, голубчик. – Я аж подпрыгнул от неожиданности. Подкралась! Повернувшись и посмотрев, что называется, под ноги, наткнулся на внимательный холодный взгляд.
– У меня много работы, – сунул под нос папки, – и совершенно нет времени выслушивать ваши жалобы, госпожа Крон!
– Не утруждайтесь, – ехидно растянула губы бойкая старушка, – я уже пообщалась с милой и прелестной девушкой, – и бабка отвесила Лении до этого невиданную добрую улыбку. Не любит она мужиков, что ли?
– А вы, голубчик, за несносное поведение ответите, я всем жалобы на вас написала!
Не знаю, радоваться или унывать. Наверняка жалобы на меня дошли и до каких-нибудь тайных канцелярий третьей тайной управы двенадцатого подпольного округа или еще куда дальше, просто у меня фантазии не хватит придумать особо секретную организацию. А с другой стороны, надо радоваться – такая известность! Да на меня оглядываться будут на улице! Просить черкнуть пару напутственных слов на мантии адепта или приятных округлостях адепток…
Без сомнения, госпожа Крон уловила в моих глазах отголоски пролетевших мыслей – надулась, скривилась и выплюнула:
– Вы еще пожалеете!
И громко хлопнула дверью.
– Свалила мегера! – проводил сварливую бабку напутственным словом попугай и в повисшей удивленной тишине недовольно закончил:
– Пожрать дайте, а?
Ления молча вытащила из сумочки печенье и положила на стол. Попугай, засекший такую картину, вспорхнул с насеста и камнем рухнул на стол, впрочем, не сбив ни одну из бумаг. Громко затрещал едой.
Так, похоже, приобретение из разговорчивых. Ну хоть не орет как резаный.
Я окинул взглядом комнату. Орк на месте, невозмутимо что-то черкает, а гном с сияющей улыбкой поглаживает толстенную книгу.
– Горндт, ты чего делаешь-то?
– Радуюсь предстоящей победе, лаэр, – расплылся в довольной улыбке.
– Чего?
– Это мое тайное оружие против шулеров!
– Ты собрался книгой прибить Галла и Турни? – удивленно выдохнул я.
– Совершенно верно!
– Мечтай… – мрачно прогудел Галл в манере, присущей гадалкам на улице. Тем самым, которые за пару медяков предскажут великие богатства, гарем, тысячи поклонников и почитателей и… обчистят нерадивого слушателя до последней нитки. Кажись, и гнома проняло, раз он скривился, как от зубной боли.
– Ления, не могли бы вы заказать ужин для уставших от тяжелого дня стражей? – с намеком поинтересовался я у девушки.
Ления вздохнула и принялась споро собираться. Пока я мрачно наблюдал за жующим попугаем, а тот, кося глазом, трещал печеньем, девушка оделась, попрощалась и упорхнула.
– Так, парни, докладывайте.
Гном с орком переглянулись, и слово взял более болтливый.
– Покрутился я в Гвардии, лаэр, – Горндт повел носом, – слухов много, толку от них… Поговаривают, в катакомбах шевеление, маги Академии с дрезнами в обнимку бродят по тоннелям, порядок наводят.
– Что с тем магом?
– Кэ-хэ, – гном стал серьезным, – этим делом занимаются очень неразговорчивые ребята. Люди, что с них взять…
– Не верю. Твой длинный нос лазейку учует везде.
Горндт вздохнул:
– Лаэр, вы же знаете, подслушивать нехорошо…