– Потери, – сокрушенно вздохнув, тихо промолвил.
– Какие еще потери? – удивленно вскинув брови, возмутился гном.
– В схватке с превосходящими силами противника отряд ночного отделения стражи понес невосполнимые потери в виде двух казенных артефактов, – отчеканил.
– Просто пустить в пещеру арахна и подождать пару минут – фантазии не хватило? – ехидно осклабившись, поинтересовался въедливый Капитан. Сколько можно?
– В связи с незнанием реальной силы противника и возможности его по нанесению арахну урона, опасного для жизни, мною было принято решение…
– Послужить в виде тушки для отвлечения внимания от арахна, – рыкнув, перебил гном и громко заржал.
– Маг мог прибить Куорта, – недовольно рявкнул я.
Капитан смахнул железки со стола в приоткрытый ящик и добродушно заметил:
– Да ладно, все понимаю. В общем, ваше разгильдяйство понравилось Генералу. И я принял решение отблагодарить все ночное отделение. Повышением в звании и представлением к награде «За мужество». Кругленькой, – хмыкнув, уточнил Капитан.
Я обалдел. Пусть медаль и самого низшего ранга, но все ж мы ничего для такой награды и не сделали! Да еще и повышение в звании… к чему?
– Так что отныне, Кир, ты в звании полного инспектора!
Я снова удивился. Меня, по идее, должны были бы сделать младшим сержантом, как и гоблина с орком. Инспектор – управленец, а не страж…
Гном, внимательно наблюдая за моей реакцией, поставил финальную точку:
– Так что принимай под командование созданное при моем непосредственном участии отделение, именуемое как «Подразделение Южно-третьей управы по учету, проверке действий и намерений магического происхождения, несущих зловредных характер»!
Я выпал в осадок…
История третья
Уютное кресло. Большое, глубокое, так и призывающее умостить седалище. А стол какой… настоящий, деревянный, не из модной в последнее время подделки, кою ушлые гномы втюхивают всякому, кто имел неосторожность поинтересоваться новейшими достижениями мебельных дел мастеров. Кабинет небольшой, всего на одно окно, да и дверь никудышная. А вот обстановка – не подкачала.
Как жизнь порой непредсказуема… Позавчера полез в канализацию, а сегодня, поди ж ты, развалился в своем кабинете, за огромным, пока еще девственно-чистым столом и пустыми полками шкафов. А в большой комнате, совместившей в себе рабочее место подчиненных и приемную, подобно мне изучают новое пристанище орк, гоблин и арахн. И трудно сказать, кто из нас больше удивился такой неожиданной перемене…
Только одна проблема требует скорейшего поиска решения – что делать с работой в лавке ан Горна. Если раньше мне удавалось совмещать, то теперь, с переходом на дневной график в управе, подобное будет затруднительно. Хотя, может, уговорить старика торговать книгами по ночам?
В дверь осторожно постучали, выбив за пару секунд неизвестной в этих местах азбукой пару глав из нетленного произведения большого бородатого графа. Гоблин ломится. Орк бы бахнул пару раз, для приличия, прежде чем элегантным движением вынес такую хлипкую преграду. Задумавшись, как в такой ситуации поступит арахн, я забыл пригласить стучавшего в комнату. Впрочем, терпения у Турни отродясь не было.
– Лаэр, новенький прибыл… – и исчез, паршивец, хлопнув дверью.
А пригласить будущего коллегу на ковер к начальству? Сплюнув, я вылез из кресла и двинул за гоблином.
Новенький оказался обычным. Гном как гном, разве что брюшко и округлую физиономию не нажил еще. Кивнув, новоприбывший пожал мою руку своей лопаткой и представился:
– Горндт Холуопайнент, младший сержант стражи!
Через минуту, отойдя от легкой контузии, я хмуро поинтересовался:
– Орешь-то чего?
Горндт, слегка помявшись, уже нормальным голосом, виновато ответил:
– Привычка…
Я решил сразу все расставить по своим местам. С утречка вся команда, в небольшом, мягко говоря, офигении, обживалась на новом месте в непривычной роли. И поэтому, дабы в будущем не возникало кривотолков, следует поставить жирную точку.
Построив в живописный ряд подчиненных, я начал командирским тоном:
– У каждого из нас за последние пару дней произошли определенные жизненные изменения. И, дабы всем все было ясно, объясняю. Отныне в рабочее время, я для вас: глава рода, отец, шаман и… – я замер. А кто, действительно, у арахнов-то за главного?
– Мать… – тихонько пропищал гоблин.
– И мать! – гаркнул я. М-да, прозвучало как-то…
Гном, вылупивший глаза, попытался взглянуть на рядом стоящего орка, но я пресек лишние поползновения: