Распогодилось. Стремительно несущиеся по небу куцые облачка изредка прикрывают солнышко, улица запружена – всяк желает погреться перед долгой зимовкой. Только легкий шум в голове пытается испортить отличное настроение. Ночное образование – явно не повод для хорошего самочувствия, но оно того стоило: удалось полностью выучить руну «Защита Стихий»! Правда, практические занятия я таки решил отложить на другое время, когда отдохну и буду готов к любым возможным исходам волшбы. Не зря же в Академии новые заклинания разрешают испытывать только в защищенных аудиториях…
По обыкновению добравшись до ворот в высокий и распрощавшись с извозчиком, я легко проскользнул внутрь через хмурую стражу. Такой плотный поток людей… Похоже, сегодня любимые харчевни стражей вечером будут аж ломиться от наплыва желающих смочить горло после тяжелого дня.
Быстренько добравшись до нужного места (посыпанные песком дорожки размокли, и адепты, аки утки, ползают по ним вперевалочку), только кинул взгляд на расписание, как меня отвлекли.
– Адепт Кир Россеневский?
Я резко обернулся. Молодой парень, в нормальной одежде с нашитыми на груди знаками отличия. Маг-погодник, с блеском завершивший основную программу обучения, аспирант. Кивнув, подтвердил сказанное.
– Вас желает лицезреть магистр Стражински. Прошу, следуйте за мной!
Кто? Первый раз слышу о таком товарище, звание коего намекает на высокий пост в этих стенах. Но зачем магистру понадобился адепт-второкурсник, да еще и свободный ученик?
Впрочем, парень так быстро рванул с террасы, что мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Обгоняя по пути витиевато ругающихся адептов (на территории Академии запрещено упоминать всуе речи оскорбительного характера), я в очередной раз порадовался судьбе. Как можно в такой обуви ходить по этим дорожкам? Один адепт с дорогущей золотой цепью на шее с такой тоской проводил меня взглядом… Жаль, проводник спешит, так бы можно было столковаться… на вырученные деньги выбить из Крысы новую пару, и еще осталась бы кругленькая сумма. Хотя мои верные ботинки столько уже повидали, что их на аукционе продавать надо, а не какому-то адепту, с трудом преодолевающему чавкающую дорожку. Кстати, а почему это земля по бокам усыпанных песком тропинок выглядит гораздо приветливее?
Аспирант на очередной развилке повернул к большому двухэтажному корпусу, в котором мне еще не доводилось бывать. На входе, после небольшой лесенки, маг-погодник резко застыл. Я остановился и с удивлением воззрился на ноги: неведомо откуда прибежавшая волна мгновенно отмыла ботинки до зеркального блеска и унесла песок с грязью куда-то вбок. Проводник рванул на широкую лестницу, ведущую на второй этаж. В таком же темпе пронеслись по длинному коридору, и, отворив крепкую дверь, аспирант впустил меня в большую комнату с несколькими удобными диванчиками и стоящим под большим окном столом.
– Ожидайте, – вежливо кивнул на новенький диванчик маг, а сам подошел к огромной, богато украшенной двери, приоткрыл и исчез.
«Куда присесть: на новенький кожаный или на старый, но явно эльфийского производства? – замер я в нерешительности. – Выпасть на эльфийском, а ботинки взгромоздить на кожаный?»
Дверь снова открылась, в приемную скользнул аспирант:
– Магистр Стражински готов вас принять, – обрадовал маг и вежливо придержал дверь, впустив к магистру.
Комната, в которую я вошел, оказалась ярко освещена множеством магических фонариков, натыканных в разных неожиданных местах. Окон нет, под высокий потолок тянутся крепкие шкафы из темного росського дуба, украшенные красивой резьбой. И книги… просто море книг! Попытавшись охватить взглядом это великолепие, я с трудом заметил, что в комнате еще стоит мощный стол из той же древесины, а за ним восседает в огромном, явно гномьей работы, кресле хозяин всего этого богатства. Магистр сразу привлек мое внимание едва ощутимой аурой опасности и неприятностей, кои будто окутывают мага. Хотя чисто внешне Стражински выглядит совершенно по-другому: мужчина лет под сорок, с аккуратной бородкой и великолепной прической, правильными чертами лица, в застегнутой на все пуговицы сорочке. Выглаженный галстук, в противоречии с модой благородных, длинный, а не широкое и короткое куцее безумие. Пиджак из великолепного гиранского шелка нашелся на стоящем сбоку от стола кресле, небрежно перекинутый через широкий подлокотник.
– Присаживайтесь, адепт, – сочным баритоном предложил хозяин кабинета.
Я с удобством расположился в гостевом кресле. Не эльфийская и не гномья работа, а вполне обычная человеческая поделка.