– Важные! – возмутился я. – Так вот, вы не…
– Ты слеп. Даже дитя зорче…
– Один светильник на такую комнату – убиться можно!
Смотритель громко вздохнул:
– «Да не ослабнет духом видящий Свет, блуждая во Тьме напыщенных истин гомонящих болванов».
– «Эх, – устало выдохнул герой, засовывая отрубленную голову чудовища в тяжеленный походный мешок, – поизвелись нонче прислужники Тьмы…» – метко ввернул я.
Смотритель протянул мне чашку. Обхватив посудину покрепче, я стал греть озябшие ладони.
– Ты пришел за советом. Прошлый раз, получив его, не использовал.
– Я устал продираться через словесы Мирандеса. В сказки нужно верить, не вникая. Я так не могу!
– В Империи все построено на вере. Итог: их маги покрепче наших будут.
– Вот пусть через Уступ переберутся и предъявят, – насмешливо отозвался я.
– Время – река. То ленива, то быстра, а иногда, когда совсем не ожидаешь, превращается в бурный поток. Смотри, страж, смоет… – нарисовал Смотритель безрадостную перспективу и неожиданно перешел на деловой тон:
– Что хотел спросить?
– Вам не приходилось встречать упоминание об изменчивом мороке? Через который, не прилагая усилий, некоторые могут видеть реальное?
– Допустим, – нейтрально ответил Смотритель.
– Что это может быть?
– Все, что угодно.
– Как я могу видеть реальность?
– Сказки прочитал? – почудилась смешинка в интонации неупокоенного.
– Уже говорил – нет.
– Прочитаешь – поймешь. Может быть.
– При чем здесь сказки?! – взорвался я.
– «Суть жизни – в вере. Вера дает силу, понимание пути, вектор развития и надежду на перерождение». Так говорил монах, сумевший своим знанием покорить целый народ. Поговаривают, он видел саму суть, а не иллюзию, которой прикрываются живые.
– Берусь утверждать – не тяну я на монаха. Такой вариант точно отпадает.
Смотритель вздохнул:
– Хаос в твоей голове затмевает крохи знаний.
– Я намедни два трактата одолел. Сам удивляюсь, как не помер! – согласился.
– Ты видишь то, что желаешь видеть. Но есть ли в этом хоть капля реальности…
Это что ж получается: я вижу красивую девушку, а там может быть страшная как Смерть старуха? Дела…
В обед на второй день пребывания в гостях у орков неожиданно нарисовался Галл, составивший мне компанию. Я не стал забрасывать здоровяка вопросами, пока он не прикончил первую тарелку наваристой похлебки. Но вскоре терпение закончилось.
– Что нового? – закинул удочку, осторожно изучая странный тушеный овощ. Не нужно обладать хорошим воображением, чтобы разглядеть характерные черты усатого переселенца. Неужели прямо с родных краев сюда добрались?
– Гильдия хари светит, – уважительно отозвался о магах Галл, – с утра Гвардии понаехало… видать, нашли чего.
– А Гильдия что? – хмыкнул.
– Кабинет ваш роют, – пробурчал орк, – ничего не нашли, вызвали светилу, а тот им как вломил, за беспокойство по пустякам…
Маги выслужиться, что ли, перед кем хотят? Раз пустой кабинет роют.
– А чего они так ко мне прицепились, не в курсе? Громкие ограбления – забота Гвардии!
Орк грустно изучил пустую миску. Не знаю, может, хотел и ее схарчить, но сдержался: тиснул с подноса еще порцию.
– Дык, лаэр, маг-то ихний камни дорогие у вас нашел. Говорят, зашел в лавку купить книг и почуял краденое…
Я удивился. Про обычай накладывать разные вопящие чары на драгоценности в банках широко известно, но первое правило вора, желающего унести ноги, гласит: сокрой краденое. А то первый же патруль стражи тормознет. Амулет вызова прекрасно чует вопящие чары. А тут и мешочек в тайнике под подушкой, да еще без снятой кричалки…
– Ерунда какая-то, – протянул я.
– Без спору, лаэр. Чего, впрочем, от людишек ждать…
– Это как понимать-то?
Галл хитро скосил на меня глаз, и я внезапно почувствовал, насколько огромный страж меня старше. В принципе, я выскочка в управе, и не будь у меня способностей к магии – быть мне обычным патрульным, а не полным инспектором…
– Вы не задумывались, отчего в Гильдии только люди состоят?
– Не любят, по-видимому, представителей других рас.
Орк загадочно улыбнулся:
– Не верьте досужим слухам, лаэр.
– Отчего ж тогда? – с интересом глянул на Галла.
– Люди, как и эльфы, любят власть, деньги, и, особливо, сразу и поболе. Остроухие плетут интриги годами, ставки настолько высоки… Гильдия носом землю роет, почуяв выгодное дельце. Вон как зашевелились, абы на Капитана давилки разыскать.
– Мотивы Гильдии ясны. При чем тут люди-то?
Галл вздохнул душераздирающе. Намекает?