Месяцы, которые Олли провел в облике собаки, были одними из самых счастливых в его жизни. Но потом начался сезон охоты, когда собакам полагалось работать. В первый день охотник вывел свору на поле с высокой травой. Он выкрикнул команду, и все собаки с лаем понеслись по полю. Олли тоже понесся с ними, лая и шумя. Вот веселье! И тут вдруг он споткнулся о гуся, прятавшегося в траве. Гусь взмыл в воздух и стал подниматься, но прежде чем он успел улететь, раздался громкий треск, и гусь упал на землю мертвый. Олли в ужасе уставился на его труп. Через секунду к нему подскочила другая собака и спросила:
— Чего ты ждешь? Разве ты не собираешься отнести его Хозяину?
— Конечно нет! — воскликнул Олли.
— Ну как знаешь, — сказал пес, — но если Хозяин узнает, то пристрелит тебя.
И он схватил мертвого гуся в зубы и убежал с ним прочь.
На следующее утро Олли пропал. Он убежал вместе с перелетными гусями, следя за их косяками с земли.
Когда Эдвард узнал, что его сын нашелся и опять пропал, то впал в отчаяние, и те, кто знал его, беспокоились, что он не сможет из него выкарабкаться. Он перестал выходить из дома. Он забросил свои поля. Если бы старый Эрик раз в неделю не приносил ему еду, то он, возможно, умер бы с голоду. Но, как и нашествие саранчи, темные времена Эдварда в итоге прошли, и он снова начал ухаживать за фермой и появляться в городе на рынке и на своей старой скамье в церкви по субботам. Через какое-то время он снова влюбился и женился, и у них с женой родился ребенок, девочка, которую они назвали Асгард.
Эдвард был полон решимости любить Асгард так, как он не смог полюбить Олли, и пока она росла, он изо всех сил старался держать для нее свое сердце открытым. Он позволял ей любить бездомных животных и плакать над всякими глупыми вещами, и никогда не бранил ее за проявление доброты. В тот год, когда ей исполнилось восемь, у Эдварда выдался неудачный сезон. Урожай пропал, и у них не осталось никакой еды, кроме репы. Однажды над их домом пролетала стая гусей, и один из них отстал от нее и приземлился возле дома Эдварда. Он был очень большим, почти вдвое больше обычного гуся, и так как он, похоже, его не боялся, Эдвард смог приблизиться к птице и схватить ее.
— Ты станешь отличным ужином! — обрадовался Эдвард, отнес гуся домой и запер в клетке.
Прошло уже много недель с тех пор, как они последний раз ели мясо, и жена Эдварда была в восторге. Она разожгла огонь и приготовила большой котел, пока Эдвард точил свой разделочный нож. Но когда Асгард вошла в кухню и увидела, что происходит, то сильно расстроилась.
— Ты не можешь его убить! — воскликнула она. — Это хороший гусь, и он ничего нам не сделал! Это нечестно!
— Честность здесь не причем, — сказал ей Эдвард. — Порой в жизни, чтобы выжить, нужно убивать.
— Но нам не нужно убивать его, — возразила она. — Мы можем опять поесть супа из репы, я не против!
И она упала на колени перед клеткой с гусем и расплакалась.
В другое время Эдвард, наверное, отругал бы свою дочь и прочитал бы ей лекцию об опасностях мягкосердечия, но он помнил своего сына.
— Ох, ну ладно, мы не убьем его, — сказал он, опускаясь рядом с ней на колени, чтобы утешить.
Асгард перестала плакать.
— Спасибо, папочка! Можно мы оставим его?
— Только, если он сам захочет остаться, — ответил Эдвард. — Это дикая птица, так что держать ее в клетке будет жестоко.
Он открыл клетку. Гусь вразвалку вышел оттуда, и Асгард обняла его за шею.
— Я люблю вас, мистер Гусь!
— Га! — ответил гусь.
В ту ночь они поели супа из репы и легли спать с урчащими животами, и были счастливее некуда.
Гусь стал любимцем Асгард. Он спал в сарае, провожал каждое утро Асгард в школу, и весь день, гогоча, сидел на крыше ее школы, пока она находилась внутри. Она всем дала знать, что этот гусь — ее лучший друг, и что никому нельзя стрелять в него или делать из него суп, и их оставили в покое. Асгард придумывала разные чудесные истории о своих с гусем приключениях, например, как они с ним летали на Луну, чтобы узнать, каков лунный сыр на вкус, и рассказывала их своей семье за ужином. Поэтому они не так уж сильно удивились, когда однажды утром она разбудила их в сильном волнении и заявила, что ее гусь превратился в юношу.
— Иди спать, — зевая, ответил на это Эдвард. — Даже петух еще не проснулся!
— Я серьезно! — воскликнула Асгард. — Иди и посмотри сам! — и она за руку вытащила своего уставшего отца из кровати.
Эдвард чуть не рухнул в обморок, когда зашел в сарай. Там, в гнезде из соломы, стоял его давно пропавший сын. Олли вырос и был уже шести футов ростом, с мужественными чертами и покрытым щетиной подбородком. Вокруг его талии был намотан кусок мешковины, которую он нашел на полу сарая.
— Видишь, я не врала! — сказала Асгард, подбежала к Олли и крепко обняла его. — Что ты творишь, глупый мистер Гусь?
Олли расплылся в широкой улыбке.
— Здравствуй, отец, — сказал он. — Ты скучал по мне?
— Очень, — сказал Эдвард.
Его сердце заболело так сильно, что он заплакал, а потом он подошел к сыну и обнял его.
— Я надеюсь, ты сможешь простить меня, — прошептал он.
— Я простил тебя давным-давно, — ответил Олли. — Просто у меня заняло какое-то время, чтобы найти дорогу назад.
— Отец? — спросила Асгард. — Что происходит?
Эдвард отпустил Олли, вытер слезы и повернулся к дочери.
— Это твой старший брат, — сказал он. — Тот, о котором я тебе рассказывал.
— Который превратился в жука? — спросила она с широко открытыми глазами. — И убежал?
— Он самый, — сказал Олли, протягивая Асгард руку. — Приятно с тобой познакомиться. Я Олли.
— Нет, — сказала она, — ты мистер Гусь! — и она проигнорировала его протянутую руку и снова обняла его. — Как ты вообще стал гусем?
Олли обнял свою сестренку в ответ.
— Это довольно долгая история, — произнес он.
— Отлично! — заявила Асгард. — Я обожаю всякие истории.
— Он расскажет нам ее за завтраком, — сказал Эдвард. — Так ведь, сынок?
Олли заулыбался:
— С удовольствием.
Эдвард взял его за одну руку, а Асгард — за другую, и вместе они повели его в дом. После того, как жена Эдварда оправилась от потрясения, они все вместе сели за стол и позавтракали репой и тостами, а Олли рассказал им о годах, проведенных им в облике гуся. С того дня он стал членом их семьи. Эдвард любил своего сына безоговорочно, и Олли никогда больше не терял человеческий облик. И они жили долго и счастливо.
МАЛЬЧИК, КОТОРЫЙ МОГ СДЕРЖИВАТЬ МОРЕ
Жил однажды один странный юноша по имени Фергус, который мог обуздывать силу течений и приливов. Это было в то время, когда в Ирландии свирепствовал страшный голод. Фергус мог бы воспользоваться своим умением и наловить немного рыбы, но он жил глубоко на суше, далеко от моря, а его сила не действовала на реки и озера. Он мог бы отправиться на побережье (он был там, когда был совсем мальчишкой — вот как он узнал, что умеет делать), но его мать была слишком слаба для путешествий, а Фергус не мог оставить ее одну, он был всей семьей, что у нее осталась. Фергус отдавал ей каждую крошку, что ему удавалось раздобыть, пока сам перебивался на опилках и вареной коже от сапог. Но в конце концов ее забрала болезнь, а не голод, и тут уж ничего нельзя было поделать.
Пока его мать лежала при смерти, она взяла с него обещание, что он отправится к побережью, как только ее зароют в землю.
— С твоим даром ты станешь лучшим рыбаком, которого когда-либо видел свет, и тебе больше никогда не придется голодать. Но не рассказывай никому, что ты умеешь делать, сынок, иначе люди превратят твою жизнь в ад.