Несколько переломов лучевой и локтевой костей, вероятно, в результате падения, но едва ли их можно назвать причиной смерти.
-Частицы грязи с ее ног не характерны для той местности, где ее обнаружили, - задумчиво произносит Дидре, яростно клацая мышкой. – Я открыла карту местности, и в двух километрах какое-то болото. Думаю, что глина с ее ног именно оттуда.
Я машинально киваю головой, вскрывая грудную клетку. Моя работа действует на меня успокаивающе. Конечно, это может показаться странным, но это действительно так. Я люблю точность, последовательность и аккуратность. Я никогда не провожу вскрытие тела в спешке или суете. В моей работе важны самые мельчайшие детали. Поэтому любое отвлечение на личные проблемы может стоить мне ошибочного заключения. А этого я никак не могу допустить.
-Ее органы в идеальном состоянии, - бормочу я, копошась внутри тела. – Уверена, она была здоровой девушкой.
Я бросаю быстрый взгляд на ее лицо, чувствуя укол сожаления.
Никто не отменял человечность, а мне было искренне жаль всех, кто так или иначе оказывался на моем столе.
-Что с анализами?
-Никакого алкоголя, наркотиков или других веществ, - быстро отвечает Тиган.
-Интересно, - задумчиво отвечаю я, потому что видимых повреждений тоже не нахожу. – Я не вижу следов насилия, кроме как сломанных костей на руке и пары синяков, очевидно при падении.
-Не думаю, что она решила пробежаться голой по лесу, чтобы упасть в яму и там умереть, - фыркает Дидре.
- Ее физически не душили, не насиловали, не резали, и даже не застрелили. Но она умерла от удушья, поскольку у нее явный отек дыхательных путей. – я задумчиво побарабанила ногой по полу, слегка склонившись над лицом мертвой девушки. – Так скажи мне, милая, что с тобой произошло?
Внезапно в помещении погас свет.
Тиган вскрикнула и что-то с грохотом упало на пол.
Аварийное освещение включилось через десять секунд, осветив нас ультрафиолетом. И вот тогда я заметила отметины на теле, которые не были видны при обычном освещении.
-Никому не двигаться, - громко произнесла я, щелкая переносной лампой.
Направив луч света на подсвеченные участки кожи, я вижу несколько полосок, которые тянутся от ее носа к щекам. Похоже на следы какого-то порошка.
-Сфотографируй, - киваю я Тиган, которая берет фотоаппарат дрожащими руками. – Соберись, Тиган.
-Разве вы не замечаете странностей?
-Ни единой, - сухо отзываюсь я, отступая в сторону, чтобы она могла подойти ближе.
Щелкнув несколько раз, Тиган отступает в сторону, все еще испуганно косясь на мертвую девушку на нашем столе.
-Сейчас самое время уверовать в Бога, - бормочет Тиган, прижимаясь к железному шкафу.
Свет появился так же внезапно, как и пропал.
Лицо Тиган выглядело бледным, а Дидре тяжело дышала.
-Перестань с ними разговаривать, - шикнула на меня Дидре. Ее глаза, с характерным азиатским разрезом, немного округлились, выдавая волнение.
Я только отмахнулась от нее, склоняясь над телом. Сделав несколько мазков у нее около носа, я передаю пробирку Тиган, чтобы она прогнала ее через систему.
-Мне срочно нужен токсикологический анализ.
-Но мы же уже.. – начала Тиган.
-Значит проведи еще раз, - перебиваю я ее, - и выясните, что это за дрянь на ее лице. Проверь волосы, кровь, ногти. Найди мне это.
-Хорошо, - кивает она, усаживаясь около Дидре.
Я выхожу из зала, скидывая защитный костюм, затем мою и дезинфицирую свои руки, прежде чем войти в собственный кабинет.
Конечно, мы не ищем убийцу, мы лишь указываем причину смерти, и, если нам есть что добавить, тогда наши замечания берутся во внимание органами. А сейчас нам явно есть что добавить.
Два часа спустя звонит мой телефон, и я снимаю трубку, продолжая торопливо делать записи в своих бумагах.
-Слушаю, - бурчу я, заметив, что допустила ошибку.
Стараясь аккуратно исправить слово, я машинально слушаю Еву.
-Короче, они идут к тебе.
-Кто? – не поняла я, наконец, исправив опечатку.
-Детективы, - громко вздыхает Ева, - пошли к лифу, скоро будут у тебя.