Ведущий: Это тяжелое обвинение.
Юрий Бирюков: Это преследуется уголовным законом. А что касается права его, как журналиста, то сейчас в СМИ именно так ставится вопрос, что в отношении Бабицкого принимались меры правоохранительными органами из-за того, что он является журналистом. Но даже дирекция Радио «Свобода»… ну, наверное, они знают и обязаны соблюдать, коль скоро на территории России действует закон о СМИ, где есть статья 48 этого закона, которая предусматривает правила и порядок аккредитации, в том числе и в зоне боевых действий. И Бабицкий, как установлено материалами следствия, был и в ноябре и в начале декабря на территории в Грозном, контролируемой незаконными вооруженными формированиями. 28 декабря он вернулся, прилетел во Владикавказ из Москвы в последний раз. Был с той стороны прислан проводник, который его провел на территорию, контролируемую незаконными вооруженными формированиями. Что, директор Радио «Свобода» не знал об этом? Он сам себе вопрос не задавал — а не нарушает ли он права Бабицкого, отправляя его в такую командировку, даже не отправляя, поскольку он сам добровольно ездил, а зная об этом? Он знал, что его жизнь подвергается опасности. Почему сейчас ставится вопрос? Почему у всех возникает сомнение, что он сам добровольно туда пошел?
Ведущий: Это обвинение, которое вы сформулировали в пособничестве, это очень тяжкое обвинение. Вы сказали, что есть некоторые данные и они каким-то образом анализируются, изучаются, но нужно доказать.
Юрий Бирюков: Именно идет следствие. Окончательно будет решена судьба Бабицкого по результатам следствия. Обвинение ему не предъявлено. Мера пресечения ему была изменена. Он волен был отправляться, куда он бы захотел.
Ведущий: Вы сказали, что ему была предоставлена возможность выехать из Чечни. Это как выглядело? Ему дали билет? Его посадили в машину и сказали: «Езжай»? Ему сказали: «Иди на все четыре стороны»?
Юрий Бирюков: Ему объявлено, что мера пресечения отменяется. Вот такое есть письмо полевых командиров, после этого. Ты свободен принимать решения. Он выбрал то, что он выбрал.
Ведущий: Я бы хотел, чтобы вы прокомментировали сообщение, которое пришло по «Интерфаксу». «Интерфакс» сообщает, что адвокат Андрея Бабицкого Генри Резник не получил официального ответа из Генеральной прокуратуры, где находится его подзащитный, и заявил, что он будет добиваться от руководителя Управления Юрия Бирюкова, то бишь от вас, доступа ко всем материалам дела Бабицкого. Прокомментируйте это сообщение? Почему Генри Резник не может получить доступ к материалам?
Юрий Бирюков: Я хочу сказать, что адвокат Резник 29 января этого года, я хочу этого подчеркнуть, еще до того, как Бабицкий отправился по своему собственному желанию на территорию, которая контролировалась незаконными вооруженными формированиями, он звонил лично мне. Более того, не только он звонил, но в один день звонили дважды — адвокат Зозуля, как он представился, и потом уже адвокат Генри Резник. И у нас произошел разговор, что они мне сообщили о том, что они имеют поручение от жены Андрея Бабицкого на ведение дела Андрея Бабицкого, и спросили, где он находится и возможно ли их прибытие по месту нахождения Бабицкого. Я им ответил, что Андрей Бабицкий находится на территории Чечни в следственном изоляторе и что они в любое удобное для них время могут прибыть в Чечню и решить все вопросы, которые возникали бы по делу. Не знаю, почему они не прибыли, хотя я им дал и телефоны следователя, который ведет это дело, взял у адвоката Зозули телефоны. Если бы дошло дело до предъявления обвинения, мы бы их, конечно, обязательно пригласили. Но поскольку не дошло дело до применения обвинения, а ему мера пресечения была изменена, и поэтому это вопросы их, почему они не прибыли, им было сообщено, где он находится, и никаких препятствий из правоохранительных органов к их прибытию не чинилось. А то, что в отношении материалов дела… в соответствии с законом адвокат может знакомиться с материалами дела по окончании его расследования. Такое право будет предоставлено. Вообще все, что будет положено по закону, будет предоставлено как адвокату Генри Резнику, так и любому другому адвокату.
Ведущий: «Интерфакс» сообщает, что Резник пока даже не знает, какой следователь ведет дело корреспондента Бабицкого.
Юрий Бирюков: Он может сообщать это «Интерфаксу». Я говорю, как было на самом деле, и, значит, адвокату Зозуле было сообщено, каким образом может он прибыть, и фамилия следователя была названа Юрий Чернявский, который занимается этим делом. А адвокат Генри Резник про следователя не спрашивал.
Ведущий: Обмен Бабицкого на российских военнослужащих, обмен как способ вызволения заложников — это как-то регулируется законодательно или же никаких нормативных актов в России нет, и генералы либо спецслужбы могут действовать по своему усмотрению?
Юрий Бирюков: Я хочу сказать, что в данном случае в законе вы такого слова «обмен» нигде не найдете, и здесь нельзя вести речь об обмене с Андреем Бабицким.
Ведущий: А как это называется?
Юрий Бирюков: Это называется добровольное перемещение Андрея Бабицкого по его заявлению на территорию, контролируемую незаконными вооруженными формированиями. Если в этот момент полевые командиры согласились выпустить пять российских военнослужащих, то тут ничего противозаконного нет. Кстати говоря, в 1997 году был принят указ Президента России, в котором утверждено положение о Комиссии по военнопленным, интернированным и пропавши без вести, как раз касающееся территории Чечни. Там как раз одной из задач Комиссии и является задача по возвращению, ни о каком обмене речь не идет, о возвращении военнослужащих, по тем или иным причинам оказавшихся на территории, контролируемой незаконными вооруженными формированиями.
Ведущий: Вы упоминали закон о СМИ. Согласно этому закону, доступ к информации, информирование общества… не должно быть препятствий для получения информации. Эта вся история идет о живом человеке. Речь идет о нашем коллеге. Это живой человек. А информация очень долгое время отсутствовала. Были слухи.
Юрий Бирюков: Я оцениваю ситуацию, что каждый живой человек имеет свои индивидуальные особенности, и речь идет не о человеке, которого взяли с лавочки, стоящей у забора его дома, и предложили ему отправиться на территорию, контролируемую незаконными вооруженными формированиями, а речь идет о человеке, который по добровольной воле, начиная с ноября, находился там. При этом при всем, что его руководство обо всем об этом знало. Радиостанции имеют свои виды свободы. И никто не ставил вопроса даже о том, что в чем-то нарушаются его гражданские права. Он работал, и с этим соглашались. Если он сейчас добровольно написал заявление о том, что он хочет возвратиться туда, откуда пришел, то сейчас ищут в этом какое-то нарушение закона.