Ведущий: А когда газеты высказывают сомнение, что он добровольно написал эти заявления…
Юрий Бирюков: Любую мысль можно довести до абсурда. Мы можем такие же точно претензии предъявить директору Радио «Свобода», что он насильно отправил туда его. Мы же таких претензий не предъявляем. Органами МВД проводилось специальное мероприятие с тем, чтобы войти в контакт с боевиками и что два человека, когда Бабицкий вернулся на территорию, контролируемую незаконными вооруженными формированиями, а было возвращено три человека, то это не все, вот буквально вчера было еще два военнослужащих, а всего пять человек было возвращено. То есть мы договорились, все правоохранительные органы, чтобы информацию эту, чтобы не навредить делу, преждевременно никакую не давать, то есть давать в тех пределах, которые не повредят этой специальной операцией, которая проводилась органами МВД.
Ведущий: А вот эту кассету, где Бабицкий произносит какие-то слова, вы видели?
Юрий Бирюков: Я видел это из СМИ. Сейчас МВД занимается происхождением этой кассеты, проверкой. По результатам мы уже тогда будем знать, откуда она появилась и как.
Ведущий: То есть пока вы не можете сказать, вызывает она у вас сомнения или нет?
Юрий Бирюков: Я могу сказать только тогда, когда будут результаты проверки.
Ведущий: Насколько полно информирована об этой коллизии верховная власть в России и Путин?
Юрий Бирюков: Я лично вышестоящему руководству своему докладывал, ну а верховная власть — это не ко мне.
Ведущий: То есть исполняющий обязанности Генерального прокурора об этой ситуации знал?
Юрий Бирюков: Заместитель генерального прокурора Катышев, который курирует Северный Кавказ, ему все эти обстоятельства были доложены.
11 февраля адвокат Генри Резник заявил, что пока не получил официального ответа из Генеральной прокуратуры РФ о том, где находится его подзащитный. Он заявил, что прокуратура должна сообщить ему о месте производства расследования и нахождения материалов уголовного дела Бабицкого. Однако до сих пор Резнику неизвестно даже, какой следователь ведет дело корреспондента РС. В настоящее время адвокат пытается выяснить, где он сможет ознакомиться с материалами дела. По словам Резника, он имеет на это право с момента задержания своего доверителя. Адвокат также вправе требовать все материалы о проведенных с Бабицким следственных действиях. Резник заявил, что будет добиваться от руководителя Управления Генпрокуратуры на Северном Кавказе Юрия Бирюкова доступа ко всем материалам дела Бабицкого.
Как сообщил 26 февраля представитель Главного управления Генпрокуратуры Сергей Прокопов, в Махачкалу вылетел также руководитель Главного управления Юрий Бирюков.
Юрий Чайка, министр юстиции РФ
Роль Юрия Чайки в «деле Бабицкого» была внешне незначительной, однако лишь одной фразой он насторожил мировую общественность, которая, памятуя о презумпции невиновности, была поражена определением министра юстиции в отношении Бабицкого как «преступника». Сказано это было Чайкой задолго до суда в Махачкале, дважды — 4 и 6 февраля 2000 г.
2 февраля Юрий Чайка вылетает вместе с Устиновым и Бирюковым в Чечню.
7 февраля, уже после поездки в Чечню, отвечая на вопрос об обмене Бабицкого на военнослужащих федеральных сил, Чайка заявил, что ему об обмене ничего не известно. «Я узнал об этом из СМИ», — отметил он. Вместе с тем он назвал правомерным требование Генпрокуратуры о явке Бабицкого на допрос к следователю. «После изменения меры пресечения Бабицкий по любому требованию следователя должен являться в органы прокуратуры», — сказал Чайка журналистам на брифинге. «Ему на законных основаниях была изменена мера пресечения на подписку о невыезде. Дальнейшую судьбу он определил сам», — заключил глава Министерства юстиции. Чайка не стал давать юридическую оценку обмену Бабицкого, вновь подчеркнув, что ничего не знает об обмене. Он также не стал комментировать вопрос о лицах, которые будут нести ответственность за возможную трагическую судьбу Бабицкого. Чайка заявил, что не располагает сведениями о местонахождении Бабицкого.
Чайка назвал законными все действия Генпрокуратуры в отношении Бабицкого, а также посчитал «целесообразной» пролонгацию амнистии для чеченских боевиков, не совершивших тяжких преступлений. Министр юстиции намерен выйти с предложением о пролонгации сроков амнистии к Владимиру Путину и в Государственную Думу. Он заявил, что сейчас еще не все боевики имеют возможность явиться в российские правоохранительные органы. По словам Чайки, амнистия должна распространяться на тех боевиков, которые не совершили тяжких преступлений и не представляют большой общественной опасности, а также «не связаны с убийствами». Участие в незаконных вооруженных формированиях инкриминировалось и Андрею Бабицкому, которого вновь «пригласили на допрос».
Шедевром можно назвать странную фразу Чайки, прозвучавшую на этом же брифинге: «Надо смотреть предмет — кто в чем будет, у кого чья будет вина заключаться — вот только если будет признана виновность кого-то, что-то, вот тогда будет диспозиция определенной статьи, если вы юрист, определение, и будут, соответственно, какие-то правовые санкции». Другой шедевр: «Я категорически считаю, что там (в Чернокозово. — О.П.) к Бабицкому применялись нормальные меры взаимодействия».
4 марта газета «Новые известия» опубликовала интервью с Юрием Чайкой, который находился в Париже. В интервью министр юстиции попытался опровергнуть утверждения Бабицкого: «Я категорически возражаю: в Чернокозово нет никакого фильтрационного лагеря, есть следственный изолятор, который существует на законном основании в соответствии с российским законодательством на основании приказа министра юстиции РФ. То, что говорит по этому поводу Андрей Бабицкий, пусть будет на его совести. Я много лет — точнее, 24 года — проработал в правоохранительных органах и знаю, что одна из форм защиты преступника, а Бабицкий именно таковым и является, состоит в том, чтобы опорочить ход следствия, что доказательства собирались незаконными методами — избивали, наркотики давали и тому подобное. То есть идет сознательная работа по компрометации следствия, чтобы в суде, скажем так, дело развалилось. Это старо, как мир, не Андреем Бабицким придумано, и я ему ни на йоту не верю. Я верю тем людям, которые работают в следственном изоляторе. Это мои люди, которых я всех знаю, и мой заместитель буквально инспектирует следственный изолятор Чернокозово раз в месяц. Бабицкого же ждет суд и соответствующая мера наказания. Какая именно? Это определит суд».
6 марта Чайка назвал Бабицкого преступником еще раз, на этот раз в интервью французской газете «Фигаро».
Михаил Лесин, министр по делам печати
Участие министра печати Михаила Лесина в «деле Бабицкого» было, по всей видимости, обманным маневром: власти необходимо было показать, что история с Бабицким — дело не только силовиков, но и проблемы журналистики. 8 февраля Лесин, находившийся в Чечне вместе с Рушайло и Ястржембским, сказал, что решение Бабицкого отправиться к боевикам было добровольным. Ссылаясь на «оперативные данные», министр заявил, что на данный момент с журналистом ничего не случилось. Утверждения Масхадова и полевых командиров о том, что Бабицкого у них нет, Лесин назвал «игрой террористов». «Было бы странно, если бы они подтвердили эту информацию и не использовали это» в пропагандистских целях, сказал Лесин. Он выразил уверенность, что «по-другому террористы и не могли играть». По словам министра, имена полевых командиров, у которых находится Бабицкий, «известны, поскольку они запротоколированы в уголовном деле». Как сказал Лесин, решение Бабицкого отправиться к боевикам принималось журналистом «без какого-либо давления».
10 февраля газета «Коммерсантъ» опубликовала статью Андрея Колесникова, в которой он рассказывает о встрече с Лесиным в самолете по дороге из Чечни: «Рядом с Рушайло все это время сидел Михаил Лесин. Я спросил, что он думает про Бабицкого. Он долго отвечал мне, но я ничего не понял. Уже в Чкаловском, открыв дверцу своей машины, Лесин, понимая, видно, что разговор наш так ничем и не закончился, сказал: — Заметь, я до сегодняшнего дня не комментировал эту ситуацию. А сейчас точно тебе говорю: был этот обмен. Все было».