Белорусизация набирала силу, принимала целенаправленный характер, становилась официальной политикой. В марте 1923 г. на VII съезде КП(б)Б и в июле на Пленуме ЦК КП(б)Б были сформулированы основные принципы белорусизации, определен комплекс мероприятий по возрождению края, развитию белорусского языка и культуры, выдвижению и воспитанию кадров. Пятнадцатого июля 1924 г. II сессия ЦИК БССР приняла постановление «О практических мероприятиях по проведению национальной политики», в результате чего белорусизация стала государственной политикой. Была сформирована специальная комиссия по осуществлению национальной политики во главе с А. Хацкевичем.
Белорусский язык вводился в сферу общественной жизни и в первую очередь в деятельность республиканского государственного и партийного аппарата. Белорусизацию ЦИК, Совнаркома, Наркомата образования, Наркомзема планировалось завершить за один год, все остальные организации и учреждения за 2-3 года. Сотрудники этих аппаратов изучали белорусский язык, и на нем велось делопроизводство. В 1927 г. 80% работников центральных учреждений уже владели белорусским языком. Основные республиканские документы печатались на четырех языках: общесоюзные – на белорусском и русском, общественно-правовые – на белорусском и одном из трех равноправных языков.
К 1928 г. около 80% школ было переведено на белорусский язык обучения. Вместе с тем открывались школы с родным языком обучения для национальных меньшинств. В 1927 г. преподавание в школах БССР велось на восьми языках. На рабфаках, в вечерних школах, школах рабочей и крестьянской молодежи, а также в советско-партийных школах вводилось обязательное изучение истории, экономики и географии Беларуси, белорусского языка и литературы. Широкое развитие получило краеведение.
Одним из центральных направлений белорусизации была так называемая «коренизация», воспитание и выдвижение кадров из коренного населения на партийную, советскую, хозяйственную и общественную работу. Ставилась задача выдвижения представителей коренного населения не по национальному признаку, а по деловым качествам, знанию языков и особенностей Беларуси. Поэтому доля белорусов в этих органах в 1929 г. почти не изменилась в сравнении с 1925 г. В 1929 г. доля белорусов в административных органах по-прежнему составляла 51,3%, русских – 18%, евреев – 24,8%, поляков – 0,1 %, других – 5,8%. В хозяйственных органах доля белорусов равнялась 30,8%, русских – 13,1%, евреев – 49,3%, поляков – 1,1%, других – 5,7%.
Темпы белорусизации, административные методы ее проведения, нарушение принципа добровольности использования того или иного языка давали основание для недовольства этой политикой.
Несмотря на некоторые недостатки и перекосы, белорусизация помогла населению республики осознать себя нацией, пробудила его политическую и общественную активность.
В конце 20-х гг. в национальной политике определилась тенденция к ее свертыванию. Об этом свидетельствует кампания по разгрому так называемого «национал-демократизма». На съезде КП(б)Б (ноябрь 1927 г.) было решено, что мелкобуржуазный национализм и национал-демократизм в Беларуси, который в прошлом был прогрессивным явлением, боролся с самодержавием, в условиях диктатуры пролетариата превратился в контрреволюционное явление. Поэтому против него необходимо вести борьбу. Мысль об обострении классовой борьбы по мере строительства социализма пронизывала все решения XII съезда КП(б)Б (февраль 1929 г.). Предписывалось твердо проводить пролетарскую линию в культурном строительстве. В скором времени термину «национал-демократизм» была дана новая трактовка. Под ним стали пониматься правая опасность в культурном строительстве и тенденция ставить национальные интересы выше классовых. Национал-демократизм стали приравнивать к национал-фашизму, объявлять враждебной Советской власти идеологией и практикой, которые имели целью реставрацию капитализма. Социальной основой «нацдемовщины» было объявлено кулачество.
Первых секретарей ЦК КП(б)Б Я. Гамарника, М. Пиляра, которые выступали против поиска врагов народа, отозвали из Беларуси. На их место прислали К. Гея и Р. Рапопорта, которые запустили машину борьбы с врагами народа. Первыми жертвами стали А. Червяков, Д. Жилунович и В. Игнатовский.
Любовь к белорусскому языку, литературе и культуре стала основным аргументом для обвинения в национал-демократизме. В начале 30-х гг. сам термин «белорусизация» исключается из лексикона и почти на пятьдесят лет попадает под запрет.