Нарастание скрытого, а временами и активного, сопротивления в деревне вынудило Москву вмешаться. Второго марта 1930 г. была опубликована статья Сталина «Головокружение от успехов», в которой он всю вину за допущенные «искривления» переложил на местных работников. Семнадцатого апреля 1930 г. бюро ЦК ВКП(б)Б приняло резолюцию «О борьбе с перегибами в колхозном движении». После этих решений начался отток крестьян из колхозов. С марта по июнь 1930 г. число коллективизированных хозяйств в Беларуси сократилось с 58% до 11,1%.
Но и после этого должных выводов сделано не было. Одиннадцатого сентября 1931 г. бюро ЦК КП(б)Б приняло решение завершить коллективизацию в республике к весне 1932 г. Коллективизация проводилась прежними методами. Продолжалась практика раскулачивания. В 1932 г. было раскулачено еще 2775 крестьянских дворов. Весной 1932 г. вместо сплошной коллективизации начался активный выход крестьян из колхозов. За два-три месяца распалось 1002 колхоза, из которых ушло более 55 тысяч крестьянских хозяйств. Седьмого августа 1932 г. принимается закон о защите социалистической собственности (закон «О пяти колосках»). За кражу колхозной и кооперативной собственности вводился расстрел с конфискацией всего имущества, а при смягчающих обстоятельствах – лишение свободы на срок не менее чем 10 лет с конфискацией всего имущества. Амнистия за такие преступления была запрещена. В БССР на протяжении 1933 – 1934 гг. по этому закону было осуждено более 10 тыс. человек.
В результате такой политики в стране и республике начался голод. По оценкам самого Сталина, в 1933 г. в стране голодало 20-30 млн. человек. Но и в этих условиях репрессии не ослабевали. В их усилении свою роль сыграли политотделы при МТС, созданные в январе 1933 г. Только за год своей работы они «разоблачили» и исключили из колхозов 2700 «кулаков-вредителей», сняли с работы за враждебную деятельность 1544 работника. Активное участие политотделы приняли в чистке партии, которая была проведена в 1933 г. В Беларуси было исключено из партии свыше 6 тыс. коммунистов, 13,7 тыс. кандидатов в члены партии, что составляло соответственно 15,6 и 25% всего числа партийной организации республики.
В годы второй пятилетки коллективизация в Беларуси фактически была завершена. В колхозы было объединено 87,5% крестьянских хозяйств и обобществлено 96% посевных площадей. На колхозных полях работало 8 тыс. тракторов, 600 комбайнов. Однако производственные показатели в конце 30-х гг. оставались на уровне доколхозной деревни. Урожайность зерновых культур составляла в 1933 г. 6,3 ц с 1 га, в 1940 – 7 ц, а надой на одну корову – соответственно – 810 и 834 л. молока. Колхозники оставались самой низкой по оплате категорией населения.
Коллективизация отдалила крестьян от средств производства и результатов их труда. Сложилась система планирования и командования колхозами. Колхозники не имели паспортов, что исключало возможность свободного перемещения, юридически привязывало к колхозу, придавало их труду принудительный характер.
Социально-экономические результаты хозяйственного строительства в конце 20-30 гг. были противоречивы. С одной стороны, хозяйственное строительство создало в СССР хозяйственный комплекс, который выводил страну на рубеж мирового прогресса. На заложенной в 30-е гг. технической базе стала возможна победа в войне и восстановление разрушенного хозяйства. С другой стороны, социалистическое строительство сопровождалось огромными материальными и людскими потерями, были ликвидированы разные формы собственности, государство стало монополистом в сфере производства и распределения, сформировался затратный механизм хозяйствования, утвердилась командно-административная система руководства всеми сферами общественной жизни.
Установление тоталитаризма. Массовые репрессии
Политическим результатом хозяйственного строительства 20 – 30-х гг. явилось установление тоталитарного режима не только в экономике, но и во всех сферах общественной жизни. Характерными чертами его являлась концентрация власти в руках одной партии, слияние государственных и партийной структур и право властей не отвечать за свою политику, замена выборов назначением и формализация законов, отсутствие свободы информации и изоляция общества, утверждение государственной идеологии. Для утверждения своих позиций тоталитарная система использовала административно-карательный и пропагандистско-идеологический механизмы. Дело в том, что уровень цивилизации нашего общества был недостаточным для того, чтобы противостоять личному режиму Сталина, создать эффективный демократический противовес. Не хватало культуры и образования не только рабочим и крестьянам, но и тому слою коммунистов, которые руководили страной. Более 70% секретарей горкомов и райкомов партии в конце 30 – начале 40-х гг. имели только начальное образование.