Я смотрю на своё отражение. Я думаю, что когда заходил в кабинет, здесь не стояло зеркало. Я поднимаю руку и отражение поднимает руку тоже. Я машу отражению рукой и оно машет мне в ответ. Но здесь всё равно что-то не так. Отражение мне улыбается, но я не улыбаюсь отражению. Отражение говорит мне: - Привет, Билли. Я тяжело дышу. Я не произношу и слова. Если бы у меня был галстук, я бы вытер его концом пот со своего лба.
*** - Вилли это твой воображаемый друг?
Мне шесть лет и я на приёме у доктора Шепорта. Мои родители погибли в автокатастрофе и теперь меня хочет усыновит другая пара. Мистер и миссис Трент хорошие люди. Они мне нравятся. Но чтоб стать их сыном, мне нужно сначала пройти курс психотерапии. У меня шок из-за гибели моих родителей. Я должен избавиться от нервного потрясения, прежде чем вступать в новую семью. Так говорит директор приюта.
- Вилли не воображаемый. Он настоящий. - Говорю я. Я не иду на контакт с доктором Шепортом. Я только отвечаю на его вопросы. Так мне велел Вилли.
Я всегда слушаюсь Вилли. Вилли всегда меня защищает. Вилли всегда меня поддерживает. Вилли хочет, чтоб мы всегда были вместе. Мы одно целое. Так говорит Вилли.
- Опиши мне Вилли. - Просит доктор Шепорт.
- Мы с Вилии одинаковые, - говорю я. Я говорю, что он - это я, а я - это он. Нас никто не может различить. Мы одинаковые. Абсолютно. Мы одинаково двигаемся. Мы одинаково говорим. Мы одинаково думаем. Если мы с Вилли закружимся возле зеркала с закрытыми глазами, а потом резко остановимся и посмотрим в отражение, то сами не сразу поймём кто есть кто. На столько мы одинаковые.
Доктор Шепорт молчит. Он анализирует услышанное. Он изучает меня досконально. Словно я неизвестный ранее науке зверь. Словно сам доктор Шепорт только что открыл мой вид.
- От куда у тебя этот шрам? - спрашивает доктор Шепорт. Он спрашивает, есть ли такой же шрам у Вилли.
Мы с Вилли одинаковые. Абсолютно. У Вилли тоже есть такой шрам. Я получил его, когда попал в аварию с родителями. В аварию, в которой мои родители погибли.
- А как получил его Вилли? - спрашивает доктор Шепорт. Он спрашивает, был ли Вилли вместе с нами, когда мы попали в аварию.
- У меня болит голова. - Говорю я. Вилли сказал мне, что если доктор Шепорт будет задавать вопросы, на которые я не смогу ответить, чтоб я говорил так. Я говорю, что я не помню. Я говорю, что устал и больше не хочу отвечать на вопросы. Так велел мне Вилли.
Доктор Шепорт молчит. Он анализирует услышанное. Он просит меня посидеть в кабинете, а сам выходит в приёмную. Там, в приёмной, ждут директор приюта и мистер и миссис Трент. Они ждут, что скажет им доктор Шепорт на счёт открытого им, нового вида, зверя. Я затаиваю дыхание. Я прислушиваюсь к словам за дверью. Я мало что понимаю из речи доктора Шепорта. Я улавливаю лишь некоторые фразы. Травматическое переживание. Тяжёлый стресс. Демонстрация защитных механизмов. Диссоциативное расстройство.
*** Моё отражение говорит мне: - Привет Билли. Моё отражение говорит мне: - Не вежливо молчать, когда с тобой здороваются. Моё отражение говорит мне: - Скажи: привет Вилли.
Отражение подходит ближе. Вплотную. Я чувствую на своём лице его дыхание. Я вижу в его глазах себя. А ещё, в его глазах, я вижу блеск маниакальной жажды мести. Это не моё отражение. Это клон, который крадёт мою жизнь. Это дублёр, который замещает меня в моей жизни. Это злобный брат близнец, который создаёт мне новую жизнь, в которой я не участвую. Но у меня нет брата.
Я продолжаю молчать. Я не знаю что говорят в таких случаях. Я не знаю могут ли такие случаи вообще быть реальными. Он, тот, который как две капли воды похож на меня, раскрывает передо мной объятия. Он говорит: - Ну что же ты, обними брата. Но у меня нет брата. Он, тот, который словно моё отражение в зеркале, разочарованно опускает руки. Он говорит: - Доктор Шепорт действительно первоклассный гипнолог.
И тут я вспоминаю о докторе Шепорте. Я поворачиваюсь к его столу. Доктор Шепорт всё так же сидит в своём кресле. Он всё так же обливается потом. Он всё так же нервничает. Даже больше.
Я прошу доктора Шепорта объяснить, что происходит. Я спрашиваю его, знает ли он что-то о Вилли. Я спрашиваю, действительно ли Вилли мой брат. И если это так, то почему я не помню Вилли.
Доктор Шепорт молчит. Он нервно переводит свой взгляд с меня на Вилли и обратно. А я уже перехожу на крик. Я задаю доктору Шепорту всё те же вопросы, только криком. Я пытаюсь докричаться до доктора Шепорта, словно у него проблемы со слухом. Но у него явно другие проблемы.