Гарандил подождал, пока коротышка скроется из виду, после чего не сдерживая себя в выражениях проклял всю экспедицию, болота, командира, его мать и три колена до нее. Это принесло ему небольшое облегчение. Ровно такое, которого хватило, чтобы смотивировать полезть в воду.
Наученный горьким опытом, Гарандил предусмотрительно снял сапоги и отложил в сторону, чтобы ненароком не спихнуть их с кочки. Закатал штаны по колено и ступил в трясину. Ощущения были незабываемыми. Особенно хорошо чувствовала себя только-только зажившая нога. Новая, еще нежная кожа, появившаяся на месте язв, коснулась илистого, похожего на густые сопли, дна и по спине Гарандила тут же побежали мурашки. Он стиснул зубы и рыча зашагал вперед. К его счастью Доспехи не успели зайти далеко, прежде чем остановиться. Пять-три стоял всего в пяти широких шагах от берега, Пять-два – в семи, не больше. Но Гарандилу это расстояние показалось гораздо большим. А ведь его ему придется преодолеть как минимум четырежды, исходя из количества сумок, которые предстояло перенести.
С провиантом, навешанным на Пять-три, он справился довольно быстро и без особых осложнений. Две больших сумки с палатками он перенес первыми, чтобы потом разложить на них сверху те, что были наполнены едой. Это был разумный ход, и без того капризные ученые могли устроить полномасштабную истерику, узнай они, что их драгоценная солонина отсырела. Они и так без конца твердили о какой-то плесени, в которой Гарандил ни черта не понимал. Ему не хотелось подкидывать им еще один повод для лекции.
С Пять-два дела обстояли немного сложнее. За то время, пока Гарандил «распрягал» первую машину, вторая ушла под воду почти по пояс. Дно вокруг нее определенно было рыхлым, раз умудрялось хоть и медленно, но все же поглощать Доспех, оборудованный специальными ступнями, целью которых было избежать подобных ситуаций. А ведь у Гарандила таких ступней не было.
Скинув с себя последнюю сумку, снятую с Пять-три, он посмотрел на постепенно тонущий Пять-два и почесал затылок. Дело пахло дурно. Экспедиция могла позволить себе лишиться одного Доспеха. Его тягловую силу могли спокойно разделить между собой ученые. Выдержат, не растают. А вот потерять вместе с ним добрую треть еды…
— Пять-два, ко мне! — снова позвал Гарандил, надеясь, что машина чудом оживет и сама вызволит себя из болотного плена. Естественно, с его удачей на такой исход рассчитывать не приходилось. И Доспех не ожил. Лишь большой пузырь, поднявшийся со дна рядом с его ногой, лопнул, издевательски булькнув. — Ага… Вот я щас к тебе туда залезу, завязну по самые уши и тогда булькнем вместе.
Гарандил отвернулся, зажал пальцем ноздрю и сморкнулся в воду по другую сторону кочки. Нервный жест. Но он, как ни странно, помог. Ему в голову пришла одна интересная мысль, которая могла возникнуть только у человека, способного на риск. И Гарнадил был именно таким человеком. Он подумал, что если хорошо изловчиться, то запрыгнуть на спину Пять-два будет вполне реально. Да, очень даже реально. Вон, правая нога Доспеха слегка согнута, так что место под коленом послужит удобным упором, а за лямки «упряжи» можно будет ухватиться руками. Снимать с железного болвана груз будет, конечно, не очень удобно, но ведь в конце концов именно для таких вещей его и нанимали в экспедицию, чтобы делегировать любые неудобства с драгоценнейших ученых. Чтобы при любой возможности загонять его по колено в мутную болотную воду и заставлять носить тяжести, когда машины отправляются в самоволку.
— И все равно это лучше, чем цепкие пальцы на нежных яйцах, — покривив лицом сказал в пустоту Гарандил. — Тем более, нельзя утонуть в трясине, если не вступать в нее. Верно?
Не давая себе времени передумать, он зашел в воду, высоко задирая ноги, чтобы было легче идти, подошел к ближнему Доспеху и остановился. Аккуратно ощупывая дно, он убедился, что слой ила идти далее не позволяет. Расстояние до второго Доспеха было не более пары длинных шагов. Одним словом, ерунда.
Гарандил подобрался, на миг превратившись в настоящую человеческую пружину, набрал в грудь воздуха, чтобы в случае промаха не утонуть сразу, и, вытянув вперед руки, прыгнул. Брызги фонтаном разлетелись в стороны. Под весом влетевшего в него коренастого северянина Пять-два слегка накренился вперед, но не упал. Ил, в котором загрузли его ноги, удержал его на месте.