Фимм вернулся вовремя и привел с собой долгожданную помощь. Будучи гораздо ниже своих сверстников, он не мог тягаться сними в силе, но удачно компенсировал это скоростью бега и языком без костей. Хоть сейчас от него потребовался только первый талант.
Часто оглядываясь и показывая вперед пальцем, он подбежал к кованным воротам детского дома, на которых красовался фамильный герб госпожи Литарии, с трудом открыл их и вбежал во двор. Вслед за ним во двор вошли трое мужчин в длинных кожаных плащах почти до земли. Их лица были суровы, а глаза живо осматривали окружение. Привычки профессионалов.
Потом во дворе показались ОНИ. Два Доспеха поскрипывая сложными механизмами суставов прошли мимо кованных ворот с фамильным гербом. Земля под их тяжестью проминалась и в ней оставались глубокие прямоугольные следы. Бряцая пластинами брони, Доспехи прошагали через весь двор и остановились за спинами троицы в плащах, молчаливо ожидая последующих указаний.
Подлиза Фимм с присущей ему скоростью взбежал по небольшой лестнице из пяти ступеней на крыльцо, юркнул в приоткрытую дверь и исчез. Трое в плащах терпеливо стояли у дома и ждали, сложив руки за спиной. Мужчина в центре, очевидно главный в отряде, мысленно отмерял время, которое могло понадобиться мальчугану на то, чтобы вывести на улицу старшего. Несмотря на внешнее спокойствие и, можно даже сказать, равнодушие к происходящему, он нервничал. Это можно было понять по игравшим под кожей мышцам челюстей и вздувшейся на виске жилке.
Фимм справился быстро. Спустя пол минуты дверь детдома распахнулась, и на ее пороге показалась госпожа Литария. Ее побледневшее лицо и проступившие еще сильнее круги под глазами подсказывали, что дело серьезное, но главный в отряде уже был осведомлен. Запах ничего не скрывает.
Не глядя под ноги Литария сбежала по лестнице и приблизилась к мужчинам в плащах. Вслед за ней на улицу выбежал Фимм, а после, и вся остальная ребятня. Громко перешептываясь и тыкая пальцами, детдомовцы окружили Доспехи. Они были явно взбудоражены и одновременно напуганы появлением самодвижущихся машин перед особняком старой вороны. Дети толкали друг друга локтями, кивали в сторону Доспехов и что-то бурно обсуждали.
— Доброе утро, — домоправительница завела за ухо выбившуюся из плотного узелка на затылке прядь волос и сделала приветственный жест, приложив ладонь к груди. — Спасибо, что прибыли так скоро.
— Это наша работа, — ответил мужчина в центре. — Как вас зовут?
— Литария, — она запнулась, ее голос подрагивал. — Литария Трац.
— Госпожа Литария, постарайтесь сохранять спокойствие, сейчас это важно. Хорошо?
Она кивнула и прядь, до этого заправленная за ухо, снова опустилась ей на глаз.
— Моя фамилия Фирт, я старший отряда и по всем вопросам прошу обращаться ко мне, — он слегка наклонил голову. — А теперь расскажите, что у вас случилось.
Один из ребят набрался храбрости, вышел из толпы и попытался дотронуться до закованной в броню руки Доспеха. За мгновение до того, как детские пальцы коснулись гладкой поверхности металла, мужчина в плаще, стоявший по правую сторону от Фирта громко прочистил горло, чем застал мальчугана врасплох. Тот подпрыгнул от неожиданности на месте и с виноватым видом отошел от Доспеха.
— Один из моих ребят… — Литария, казалось, задыхалась от волнения. — Это все один из моих ребят. Он сын копателей и… Мне стоило догадаться об этом раньше…
— Пожалуйста, не торопитесь. Мне нужна информация.
Домоправительница кивнула, переступила с ноги на ногу и начала заново.
— Один из моих ребят, Альберт, превратил столовую в сущий бардак.
— Можно подробнее? — Фирт говорил медленно, чеканя каждое слово.
— Он напал на трех мальчиков, хотя я уже несколько раз просила его этого не делать. Он побил кучу посуды и, что самое главное, сломал старинный дубовый стол. Дорогой, знаете ли, стол. Он был куплен еще моим прадедом и с тех пор отлично сохранился, пока до него не добрался этот мелкий…
Фирт жестом прервал домоправительницу.
— Госпожа Литария, стоимость стола меня не интересует. Так же, как и его происхождение. У меня есть основания полагать, что вы послали за нами не из-за обычного хулиганства, иначе это было бы ошибкой.
— Ох, — она всплеснула руками, — что вы! Конечно же нет. Я бы никогда…