— Это вы хорошо подумали, — глава экспедиции обошел Пять-два и подошел к северянину. Тот стоял улыбаясь, правую руку он держал у себя за пазухой. — Гарандил?
Северянин услышал свое имя, и его улыбка стала еще шире.
— Ты же разнорабочий, да? — Раль-нар прекрасно знал всех людей в экспедиции, если не лично, то поименно. Эта обязанность ему не нравилась по причине отвратительной памяти на имена.
— Да, — протянул Гарандил. — Я разнорабочий. А вы здесь самый главный?
Раль-нар нахмурился. Странное поведение северянина насторожило его, и одновременно с этим заинтересовало. Если слова инженеров были правдой, тогда оно могло быть ключом к разгадке непослушных Доспехов.
— Ты прав, — он слегка наклонился в приветственном жесте, подыгрывая ситуации, — я здесь самый главный. Меня зовут Раль-нар.
— Привет, Раль-нар, — промурлыкал Гарандил, словно перекатывая имя на языке. Такая приторная манера речи была совершенно несвойственна грубому северянину, выросшему в суровых холодах, среди суровых людей. Но сам он этого изменения за собой не заметил. — А у меня кое-что есть для тебя.
— Да?
— Да… — он замер на полуслове, будто собираясь чихнуть.
— И что же? — после затянувшейся паузы не выдержал Раль-нар.
— Сейчас покажу, — Гарандил вытащил из-за пазухи цветок. Его лепестки примялись и потеряли форму, а лазурь поблекла, выцвела до едва различимого голубого. — Красивый, правда? Понюхайте, он очень приятно пахнет.
— Нет, спасибо, Гарандил, — глава экспедиции остановил руку северянина. — Может быть позже. А сейчас ты бы не мог мне рассказать, что случилось с вашими Доспехами?
— Позже? — улыбка Гарандила дрогнула, а во взгляде мелькнуло разочарование. — Жаль… А с Доспехами все в порядке.
Тем временем, Лад-кир, оказавшись у стола, за которым разнорабочие играли в карты, принялся живо и во всех подробностях рассказывать им о странном северянине, приехавшем из топей на спине Доспеха. И вернулся он уже не тем подозрительным грубияном, о прошлом которого в лагере ходили разные неприятные слушки. Что-то в болотах изменило его, какое-то зло поселилось в его пустой северной душе.
Разнорабочие слушали Лад-кира внимательно, но по всему было видно, что серьезно его рассказ восприняли лишь единицы. Остальные сдерживали смех только из уважения к размерам чернокожего южанина.
— Инженеры говорят обратное. Да и командир твоего разведотряда, вернувшийся сегодня днем за помощью тоже. Кстати, где он? — Раль-нар огляделся по сторонам и заметив сидевшего на земле Грана поманил его рукой. — Было бы неплохо послушать что он скажет на счет всего этого.
Собрав остатки сил, Гран поднялся на ноги и подошел к главе экспедиции. Вид у него был болезненный, а взгляд – пустой и не выражающий ничего. Будто от некогда бравого и самоуверенного авантюриста, отправившегося покорять восточные топи, осталась одна оболочка, доживающая свои последние часы.
— Гран, не прольешь свет на… — начал было Раль-нар, но вблизи рассмотрев собеседника осекся. — С тобой все в порядке? Ты сам на себя не похож.
— Со мной все хорошо, — монотонно пробубнил тот в ответ. — Просто сбил дыхание немного, вот и все.
— Точно? Выглядишь ты совсем паршиво. Как договорим, отправляйся-ка ты в палатку лекаря. Пускай тебя осмотрит. Мне зараза в лагере не нужна. Мало нам мошкары местной.
— Со мной все хорошо, — не меняя интонации, повторил Гран. — Просто сбил дыхание немного, вот и все.
— Понюхайте, — неожиданно влез в разговор Гарандил, протягивая вперед лежащий на ладонях цветок. — Он очень приятно пахнет. Вам понравится.