Лад-кир подцепил труп женщины носком сапога и перевернул. Вокруг тут же образовалось облако из пыльцы, вырвавшейся из раздавленных бутонов. Как и ожидал южанин, спина женщины была в относительной целости, а это значило, что цветы росли не сквозь нее, а из нее.
Выйдя из островка лазури, Лад-кир обсыпал свои сапоги и штанины сухой степной землей, сбивая пыльцу. После, он подошел к пастухам, по прежнему прижимавшим воротники к носам.
— Это пожилая женщина. Она мертва. Видимо ее старое тело не выдержало и сдалось.
— Как она выглядит? — поинтересовался один из пастухов.
— Невысокая, волосы до плеч, слева от носа родинка.
— Это баба Ранка, — вырвалось у Цануша. Он попытался подойти ближе, чтобы убедиться, что южанин говорит правду, но тот его остановил.
— Нет, — угрожающе пробасил Лад-кир. — Если не хочешь закончить, как она.
После увиденного энтузиазм пастухов, до того готовых дать жару неведомым цветочникам, посмевшим увести всю их деревню, поубавился. Огоньки в глазах померкли, а разговоры стали тише и мрачнее. Больше не было походных шуточек, разбавлявших скуку долгой ходьбы, а песни стали медленнее и грустнее.
К концу первого дня погони, было решено сделать остановку на ночь. Мужчины разложили на земле подстилки и глядя на звездное небо молча ели. Когда большинство уснуло, Цануш, устроившийся поближе к южанину, спросил его: — Как по-твоему, куда они идуть?
— На запад, — коротко ответил Лад-кир.
— Та то ясно, что на запад. Интересно знать, накой им на тот запад нужно.
— Надеюсь, мы никогда не узнаем. Спи.
***
— Чего тебе? — стоявший у вагончика бродячей труппы артистов карлик недовольно уставился снизу-вверх на Фирта.
— Хочу с главным поговорить.
— Он честный человек, с ищейкой разговаривать ему незачем.
— Я по поводу работы, — желваки Фирта ходили ходуном. Ему не нравился тон карлика.
— Работы? Ты уверен, что пришел по адресу?
— Нет.
Карлик смерил Фирта оценивающим взглядом.
— Здесь тебе не госслужба. Здесь монету отрабатывать нужно. Чего умеешь?
— Умею выбивать дерьмо из людей ниже меня ростом. А теперь уйди с дороги. У меня нет желания тратить на тебя время.
Карлик цокнул языком и закатил глаза.
— Я здесь главный. И это мы еще посмотрим, кто из кого дерьмо выбьет.
— Что за шум? — из-за тряпки, которой был завешен вход в вагончик выглянул мужчина с макияжем, нанесенным только на одну половину лица.
— Эта имперская ищейка ищет у нас работу, — ответил карлик, сложив руки на груди.
— Работу? — мужчина, подобрав длинное расшитое узорами звездного неба платье, спрыгнул с вагончика на землю. — Это какая-то шутка?
— Нет, — отрезал Фирт.
— Империя взяла нас в оборот и сейчас отовсюду повалят Доспехи, разнесут наш вагончик и отберут деньги? — мужчина огляделся по сторонам.
— Ч-что? Нет. Я больше не служу империи.
— Это хорошо, — он улыбнулся. — Тогда почему ты здесь?
— Я ищу работу, — сохраняя последние капли самообладания процедил Фирт.
— И с чего ты решил, что ищешь ее в правильном месте?
— Мой нюх лучший в империи, и я подумал, что…
— Ах он подумал, — мужчина рассмеялся почти по-женски. Карлик его поддержал. — Из-за таких как ты мы, бродячие артисты, лишились наших основных способов дохода. Теперь нам приходится показывать совершенно идиотские представления, чтобы хоть как-то развлечь публику и не умереть с голоду. Ты хоть представляешь, какого труда стоит изобразить магию, не владея ею? Нет, кончено не представляешь. Иначе не пришел бы сюда. Уходи, ищейка. Вон, в соседнем квартале есть пивная, где с радостью наймут еще одного вышибалу.