— Залог, — сказал он.
Эд вопросительно поднял бровь.
— И заправка корабля за мой счет, — согласился старик.
Эд взял кредитную карточку. Договор был заключен…
…Из маленькой космической станции на астероиде XCJ-273 Империи Крыльев (на галактическом жаргоне он назывался «Хасай» — конфетка) Бродячие Волки устроили склад протоплазмы. Девочки, которыми славилась станция, тоже превратились в мелкорубленое кровавое месиво. Видимо, Волки решили торговать со скизами, но не успели вывезти товар. Так как станция официально являлась территорией влияния арханов, двадцать отрядов устроили на Волков засаду.
Поначалу все шло удачно. Один из экипажей захватил разведчика — миловидного вампира с острыми, выступающими глазными зубами. Никто не ожидал только, что скизы сами прибудут на Хасай за товаром. Эд никогда не видел ничего ужаснее кораблей скизов: огромные медузоподобные сферы, покрытые антирадарной слизью, с чавканьем засасывали всю биосферу станции, у наемников лопались сосуды, и их горячая кровь смешивалась с вырвавшимся из складов кровавым месивом. Ад — вот что принесли на Хасай скизы.
Из 20 экипажей уцелело лишь 8…
Теодор Ментен 2
Ланс проанализировал еще несколько мозаично рассыпающихся, кровавых обрывков. По всему выходило, что Эд болтался в космосе не меньше года. В СКР по нему, поди, уже все глаза выплакали. Лайтмен не сомневался, что в лабораториях разобрали бы мозг Эда на нейроны, лишь бы вытрясти из него все, что только можно. Бедный Эд… Может быть, стоило его всё-таки спрятать?.. Но психика Эда была в жутком состоянии, вряд ли кто-то мог помочь ему, а если бы он попал в руки Нортона…
Понял Ланс кое-что и про себя. Эти звериные маски и человеческие тела объясняли многое. До того, как он их увидел, ему казалось, что во снах являлись ему всего лишь нелепые кошмары. А кошмары-то оказывается были просто уродами в масках. Значит то, что его мучило, было обрывками настоящих воспоминаний, и вполне реальным становилось поймать этих гадов и отомстить им и за себя и за Эда. Да, за Эда! Они использовали его и выбросили к черту, когда он сломался!
Но нашли ли звероголовые Ланса на побережье, или именно они устроили ловушку на той полянке в Панаме?.. Полянку следовало посетить немедленно. Вот гады зверомордые! Когда он, наконец, выследит их, по векселям набегут хорошие проценты!
Уже почти в темноте летел Ланс над городом, возвращаясь домой. Он воспользовался хорошей дозой ЛСД, чтобы почти весело моделировать свою завтрашнюю встречу с тремя разъяренными режиссерами. Нужно было срочно разорвать к чертям два контракта и отодвинуть куда-нибудь третьий (его бросать было жалко), и к вечеру он уже должен лететь в сторону Панамы, а там будь что будет.
Ланс задумался: он просчитывал, что возьмет с собой, что нужно будет соврать Марселю, чтобы рассчитывать на него в случае, если зверомордых окажется слишком много… Обычно, когда Ланс летал над городом в наушниках болталась какая-нибудь музыка, но в этот раз он был слишком озабочен, чтобы включить ее. Но он понял, что в «ушах» непривычно тихо лишь тогда, когда тишину разорвал резкий металлический голос Ментена:
— Ты не хочешь поразвлечься, junge? Спеши, не то пропустишь самое интересное.
Под висящим на огромной высоте человеком уже собралась толпа из полиции и зевак. В воздухе кружили два полицейских вертолета, но тело было подвешено так ловко, что снять его пока не рисковали.
Ланс оценил ситуацию — мужчина был привязан за руки и за ноги. Парень с вертолета мог только обрезать веревки по одной, а они были достаточно тонкими и могли не выдержать резко увеличившейся нагрузки. Мог ее не выдержать и человек — все зависело от тренированности его мышц. Ланс не мог подлететь слишком близко, но послал одну из камер. Боже! Привязанный был совсем еще ребенком!
«Ах, вот что ты задумал, старая ржавая банка из-под томатов, — разозлился Ланс. — Ты, поди, долго крутил шестеренки, чтобы рассчитать все так, чтобы я не мог его спасти. Но ты все равно просчитался, железяка! Черт с ней, с полицией!»
Ланс, обычно, не очень светил в городе свою летающую машинку. Да, о ней знали и копы и его многочисленные поклонники, но полиции не следовало демонстрировать, как много она умеет. Однако сегодня Ланс слишком торопился. Да и при том раскладе дел, что вырисовывался на данный момент, вообще не ясно было будет ли у Лайтмена хоть какое-нибудь завтра. И он наплевал на конспирацию. Не раздумывая больше, Ланс послал флайер вперед… (Вряд ли копы додумаются заснять его на пленку. Но с минуты на минуту могут набежать журналисты).