«Нет, — думал Марс, — Я определенно его сейчас придушу!»
Хозяин
— …а вчера, — рассказывал Стэн, (На этом месте Ланс проснулся. Он лежал на медвежьей шкуре, брошенной прямо на пол в кабинете Хозяина. По сути, под ногами у него и Стэна. Кто-то накрыл его пледом. На улице, похоже, была глубокая ночь — ночь Ланс всегда отличал от светлого времени суток по запаху). — … это животное решило устроить нам «последний цирк» — звери в зале, зрители на сцене, крыша — обваливается. Шум, крики, пальба… Я утомился. Они стреляли в меня минут 15.
— Боюсь, Стэнли, нам придется…
— Ты спятил!
— А что — хороший вариант, — Хозяин засмеялся.
— Но как…?
— Мы накроем весь город силовым полем. Но сначала… нужно дать возможность выехать из города тем, кто не готов к переменам.
— Как ты красиво сказал… Имеешь в виду — дать крысам разбежаться?
— Я только что перекрыл все теле- и радиоканалы и официально объявил комендантский час.
— И что мы будем с ними делать?
— Приюты будем открывать.
— Ну и каша заварится. Придется поболтаться тут месяц — полтора.
— Рад?
Ланс силился понять — о чем же все-таки идет речь? Что задумали эти двое? Какой город они хотят накрыть силовым полем? Для кого нужно открывать приюты? Кто должен выехать из города и почему? Кстати, из какого города?
— Ланс, поднимайся, — сказал Хозяин. — Иди сюда…
Конечно, они сразу поняли, что он проснулся.
— Иди, иди. Чего боишься?
Хозяин говорил, в общем-то, дружелюбно. Лайтмен эти странные нотки уловил сразу. Чего это он? Задумал какую-то гадость?
— Покормить тебя задумал.
Хозяин достал контейнер, небольшой, размером с тарелку, раскрыл его и протянул Лайту. Там лежал странного вида темный кусок, похожий немного на сырую печень, но с острым, рыбным запахом. Ланс был так озадачен этим запахом, что даже взял контейнер. Стэн с Хозяином переглянулись.
— Гены, — тихо сказал Стэн.
Лайт сам не заметил, как начал есть. Он никогда не пробовал ничего похожего, но это было ОНО. Он всегда искал именно это.
С трудом оторвавшись от еды, Ланс посмотрел на своих мучителей.
— Сядь куда-нибудь, не мешайся под ногами, — сказал Хозяин и Ланс счел за разумное подчиниться. Кресел было как раз три и самое дальнее от Хозяина — свободно.
Тут же через второй вход в кабинет (Ланс пока не знал, куда он ведёт) вошли двое. Внутреннее зрение подсказывало, что энергетически они устроены так же, как Стэн и Хозяин. Каждый держал за предплечье по щенку лет 15–16. Ланс очень хорошо изучил эту их хватку: шаг в сторону — масса приятных ощущений, вплоть до полной парализации плеча. Как они это делали, Лайтмен пока до конца не понял. Если просто надавить на болевую точку — такого эффекта достичь трудно, похоже они ещё как-то воздействовали непосредственно на нервные узлы.
Втолкнув подростков в комнату, парни вышли было, но тут же вернулись еще с двумя…
Ланс жевал, наблюдая краем глаза за этой странной сценой. Опять дети. Зачем? У самого Лайтмена к детям всегда было особенное отношение. Причинить вред ребенку он не мог, что бы в родной школе не предпринимали по этому поводу. Похоже, любовь ко всякой, пахнущей детёнышем, мелочи была у Ланса каким-то врожденным дефектом.
В конце концов, пацанов стало семеро. Двое взрослых, окруженных аурой типа Севочкиной, удалились. Но сначала высыпали посреди комнаты кучку железа — цепь, какие-то дешевые, плохо сделанныеножи… Ни одного из этих парней Ланс раньше не видел, но теперь узнал бы. Он был занят едой и не разглядывал их особо, просто многолетняя тренировка заставила автоматически запомнить приметы и сбросить куда-то в «буфер» памяти.
Лайтмен, отставил пустой контейнер, облизал пальцы (он ел руками) и вгляделся в лица подростков: «детки» были обычные, без особых задатков. Ну и к чему этот спектакль? Может, это готовится для него лично? Севочка видел, как Ланс «носился» с Хэннэ (кстати, где он?), да и Мишель…
Вдруг Ланс с ужасом заметил, что почти расслабился — что за черт!
Тем временем, с подростками как раз ничего хорошего не происходило. Лайтмен понял, что Хозяин глубоко против, чтобы всякая мелочь шлялась по ночам и занималась тем, чем по ночам обычно и занимаются в таком возрасте.
Севочка даже перекрыл теле- и радиоканалы и объявил сегодня комендантский час. Таковой и до этого существовал уже в городе, но как бы негласно. Люди Хозяина не первый месяц бродили в темноте, как черти, хватая за руки тех, кто думает, что ночью ничего не видно. И щенки были уже об этом наслышаны. Потому что такие щенки, как эти, телевизор не читают и радио не смотрят. У них одна светлая мечта — выпить и подраться. Чем они сегодня и занимались. Думали — будет тихо. Не получилось. «Детки» принадлежали к двум разным подвидам: четверо были коротко стриженные, двое — длинноволосые. А седьмой — вообще шел по своим делам мимо. Залетел, видать, за компанию.