Вдруг, среди ночи грохот раздался.
Земля затряслась так, что у меня половина зубов выпала.
Зуб на зуб не попадал.
«Ничего, — я себя успокаиваю. — Кто без девушек, тому грохот не страшен».
Снова сарай затрясся.
Страшно мне.
Но зато не стыдно перед девушкой.
Потому что нет у меня ее.
Нет девушки...
«Что дальше будет?» — Меня смех охватил.
Внезапно снаружи наступила тишина.
А я ржу.
Не могу остановиться.
«Будет опять шум, или нет? — я задумался. — Даже шум не хочет со мной спать».
Лежал я.
Я лежал.
Солому считал.
Надоело мне голому по соломе кататься одному.
Слышу.
«Неужели, лошадь жует? — Я прислушался. — Поймаю чужого коня.
Съем его».
Я осторожно выглянул за дверь.
Срам ладонью прикрываю.
Вижу:
«Конь большой.
Гладкий.
Красивый конь.
Раньше я подобных коней не видел.
И седло.
И уздечка.
Воинские доспехи медные.
Сверкают доспехи. — Я сразу понял.
Конь сжирал наше сено. — Не позволю больше воровать».
Я взял солому.
Запихнул пучок соломы коню под хвост.
Конь глаза на меня вытаращил.
Стоит, как вкопанный.
Стал конь послушный.
Я мог с ним делать, что мне угодно.
Сел я на коня.
Поскакал к пещере.
О той пещере только я знал.
Я в ней прятался, когда отец пьяный буйствовал.
Бил он всех, кто под руку попадется.
Я же в пещере отсиживался.
Я коня в пещере оставил.
Травы ему принес.
Конь жует.
Жирок нагуливает.
Я вернулся домой.
Старшие братья надо мной подшучивают.
Им хорошо шутить.
У КОГО ДЕВКА ЕСТЬ, ТОТ И ВЕСЕЛЫЙ.
«Кадмбергер!
Как ты один провел ночь в сарае?
Без девушки.
Соломенную бабу себе связал?
Сознайся.
Долго ты с той соломенной девкой развлекался.
Домой не собирался возвращаться».
«Кому и конь девка, — я ответил осторожно. — Я на сеновале мечтал.
Меня мыши разбудили.
Больше я ничего не видел.
И не слышал.
А что вы ржете?
Ваши подруги вас бросили.
Нечем вам больше хвастать».
«Ах, ты с…а, — браться обозлились. — Посмотрим, как ты луг сторожил».
Пришли на луг.
Трава стоит сочная.
Мощная трава.
Как и была.
Густая трава.
Братья мне подзатыльников отвесили.
«За то тебя, Кадмбергер, бьем, что ты траву сберег».
Не логично.
Но от души побили меня.
На следующий год братья не захотели идти луг сторожить.
«Нет у нас девок.
Без девок на сеновале не интересно.
Пусть Кадмбергер сторожит.
Он себе новую девку свяжет из соломы».
Делегировали меня братья.
Я разделся.
Голый по сену катаюсь.
Вдруг, раздался шум.
Задрожала земля.
Сильнее, чем в прошлом году.
Потом стало тихо-тихо.
Я услышал, как кто-то жует около сарая.
Я выглянул.
Срам уже ладонью не закрываю.
Гордый я стал.
Спокойный.
Стыд потерял совсем.
Вижу:
«Конь.
Еще больше, чем прошлогодний конь.