Надо сказать, что во все эти дни, когда вспоминались основные вехи моей жизни в поместье, я чувствовала себя несколько необычно. Моё состояние можно отдалённо сравнить с тем, что испытываешь видя себя на видео - ведь ты знаешь, что это ты, помнишь свои мысли и чувства, но тебя не покидает ощущение какой-то чуждости наблюдаемого объекта. Нет, всё равно не то, не могу выразить словами. Ну, может быть так - ты крепко спишь и снов не видишь, а твоё собственное тело что-то в это время делает, а неспящая частичка твоей души с кем-то общается, кого-то любит, кого-то ненавидит. И вот ты просыпаешься, частичка души, подпрыгивая на ходу, бежит к тебе в объятья, а ты хватаешься за голову: "Что ты тут натворила, неразумное дитя!?"
Впрочем, мне стало много лучше и в физическом, и в душевном смысле - я уже не проваливаюсь в беспамятство или в сон каждые несколько часов. Полагаю, что эти провалы были связаны не только с ранами на теле, но и с тем, что в жёстко выстроенном, линейном сознании подростка проснулась взрослая душа. И вот теперь я наконец разрешила себе вспомнить причину своего жестокого наказания и всё, что ему предшествовало.
Это был обычный день - то есть я проснулась, позавтракала у Магды на кухне и пошла в домашний храм для ежеутренней молитвы во славу рода господина, потом я планировала пойти в купальню, а после устроить постирушки. Много времени эти дела не должны были занять, а значит, я могла бы пойти в библиотеку, чтобы повторить генеалогическое древо рода. После храма я заскочила в свою комнату и, взяв приготовленные тючки с чистой и грязной одеждой, пошла в купальню. Я знала, что в это время там никого не должно быть - все на работе. Искупавшись, я устроилась на лавочке под деревом, где любила сидеть пока сохли волосы, и вот тут-то меня и нашёл лорд Марек - второй, младший сын господина. Ему уже пятнадцать (он на несколько месяцев старше меня), только если я выгляжу младше своего возраста, то лорд Марек вполне соответствует своим годам. Я вспомнила как выглядит этот Марек - вполне себе развитый подросток: широкоплечий, длинноногий, самоуверенный. Можно даже сказать, красивый - черноволосый, как отец и сероглазый, как мать. Я поняла, что он очень похож на своего старшего брата - Арнэ, только тому уже скоро двадцать и он учится в столичном университете, поэтому в поместье бывает редко.
Марек молча смотрел на меня, скорчив презрительную рожицу. Я тоже молчала - я ведь совсем не хотела нарваться на трёпку. Да и по этикету положено, что старший по положению должен первым начать беседу. Хотя надо сказать, что в последний год Марек меня не трогал - он на меня просто не обращал внимания. Наконец, он многозначительно произнёс:
- Вчера в городском доме кое-что было. Отец даже Арнэ из университета порталом привёл. Про тебя говорили, - он выразительно выгнул бровь, явно подражая отцу и старшему брату. - я от любопытства приоткрыла рот. Марек заметил мою реакцию и надменно подбоченился: - Ну что, шлюхино отродье, радуйся, отец принял решение - ты остаёшься в Доме.
Я обиженно хлопнула ресницами:
- Почему ты так меня называешь? - отчего-то его злые обзывательства задели меня, хотя я давно уже научилась не обращать внимания на оскорбления, которые он старался мне нанести.
- Мама так тебя называет, - пояснил Марек.
- Но это ведь неправда!
- Какая разница, - он пожал плечами, - даже если ты не шлюхино отродье, то станешь шлюхой Дома.
- Как это?
- Мама так сказала. Она с отцом жутко поссорилась из-за его решения. Ведь через год тебе будет шестнадцать, и ты выйдешь из статуса воспитанницы, а значит - должна будешь отправиться вон. Мама на это очень рассчитывала, - Марек помолчал. - Но отец почему-то не хочет тебя отпускать, поэтому он сказал, что ты должна понести от кого-либо из членов рода, тогда ты навсегда останешься при Доме, как и твой ублюдок. Это называется "зависимый". Я потом прочитал про это в законах Дома - это очень старый закон. Когда ублюдок родится, его объявят бастардом Дома, а тебя зависимой, - он хохотнул. - Ты станешь никем, но зато никогда не покинешь Дом.
Я оторопела:
- Ты, ты хочешь сказать, что я должна...
- Вот именно! - перебил он меня. - Ты должна будешь молча раздвигать ноги, чтобы выполнить пожелание главы Дома. Отец сказал Арнэ, что это он должен заделать тебе ребёнка. А Арнэ ответил, что ещё не хватало, чтобы его использовали, как любителя малолеток, и что он не намерен оказывать отцу такую услугу. И если ему так надо, то пусть сам этим и занимается. Видишь, Арнэ отказался, отец никак не может, - Марек на секунду задумался, - во всяком случае, до твоих шестнадцати - он ведь твой воспитатель, записанный в храме. Остаюсь только я.