Я наслаждалась каждой ложкой еды, каждым мгновением покоя среди тепла и этих женщин, как вдруг услышала, что Магда рассказывает Агне историю отбытия госпожи на воды:
- И вот, значит, выходит она, такая - в узких штанах, на каблучищах, в шляпке котелком, на шее белый шёлковый шарф - длинный-предлинный. И говорит, значит, маленькой госпоже: "Быстро на заднее сиденье!" И сама прыг в мобиль и фы-ыр-р - только пыль столбом по дороге.
Я невольно вмешалась:
- Магда, куда села госпожа?
- Ах, ты ж, любопытная! Ну да, ты же не знаешь - господин-то хотел ведь помириться с госпожой и подарил ей мобиль. Это аппарата такая, без лошадей ездит, на магическом движителе, вот! - Магда воздела вверх указательный палец.
- А красивый он, мобиль? - снова встряла я.
- Очень! Весь черный, сверкает только ручки на дверцах серебристые, да эти, как их, фары светлые. А ещё, у него крыша складная, шкурка на той крыше такая лаковая вся. Я тут на кухне кормила кучера мобильского, что пригнал аппарату сюда, в поместье, так он мне и показал, как крыша складывается.
"Опачки! - задумалась я. - А ведь здесь далеко не отсталость дикая, матушка моя, похоже здесь по земному счёту уже, почитай, двадцатый век, ну или вторая половина девятнадцатого, хотя всё относительно, конечно". Я погрузилась в размышления о том, что возможно уклад жизни поместья является традиционным, как это принято у аристократов. Однако, где-то наверняка есть и другая жизнь - где есть фабрики и заводы, офисы и города, где есть технический, ой, ну пусть будет - магический, прогресс. Надо как-то узнавать о положении женщин в этом мире. Ведь если есть прогресс, то его следствием обязательно должно стать расширение прав женщин и некоторая свобода действие для них. Этот процесс неизбежен, так как прогресс всегда связан с нехваткой рабочих рук и тут уж не до мужского шовинизма, когда прибыли недополучаются.
Перед уходом Агна ещё раз осмотрела меня и разрешила не лежать в кровати, а только беречься от сквозняков, не переохлаждаться и каждый час принимать её снадобья. А взглянув на мою спину, она покачала головой и пробормотала, что такая жестокость в наше время возможна только по отношению к членам Дома, где действуют свои, родовые законы. И если бы я не была официальной воспитанницей, то есть временным членом Дома, она, Агна, тут же бы сообщила об издевательствах над ребенком в ближайшее управление порядка. Эти слова ещё больше укрепили меня в мысли о том, что мне надо срочно изучать местное законодательство.
Наверное, этот год был для меня самым счастливым за всё время жизни в поместье Адама. Я перестала походить на забитую мышку, немного отъелась и сильно подросла. И это несмотря на то, что я очень серьёзно занялась самообразованием. Я работала по десять-одиннадцать часов в сутки, при этом жёстко следя за расписанием трапез и обязательных прогулок, на сон отводилось не менее семи часов. Мой организм легко воспринял такой режим, благодарно принимая и учёбу, и отдых, и еду. Я много узнала об истории, географии, экономике, магии этого мира. Я старательно изучала право королевства, попутно захватывая законодательство ближайших соседей. Адам не отменил (забыл, наверное) доставку прессы в поместье, и я активно вникала в текущие новости. Я узнала, что носители магии, даже с самым минимальным уровнем дара регистрировались в городских или окружных управах, а там уже определялись - стоит ли учить данного индивида или пусть так живёт. Учёба была и на уровне профессионального образования, и на уровне высшего знания. Высшее знание давали университеты, профессиональное или специальное образование - школы магов или индивидуальные мастера. Высшее образование было платным и очень дорогим, за остальное тоже платили, но король или казна. Там какая-то непростая система, связанная с текущими потребностями государства. Естественно, что маг, получивший образование за счёт казны или короля, должен был за копейки отработать не менее пяти лет в их пользу. Но все считали это вполне справедливым.