Ардея Ксардаса совершенно не впечатлила. Деревенька размером чуть более усадьбы на востоке Хориниса, могла гордиться разве что маяком с огнем тусклым, как у плохой дешевой свечки. Ксардас даже не стал заходить в нее, взяв курс сразу же на столицу Миртаны – город Венгард, благо, количество дорожных указателей было достаточным, дабы никто не заблудился.
Дорога шла большей частью по полям неподалеку от крутого берега моря. Все здесь было мирно. Десяток крестьян, одетых по случаю зимы в тяжелые тулупы, тащили из небольшого перелеска хворост; над бедной фермой барражировали птицы, выискивая в свежем снегу, где бы чем поживиться. Всего один раз за несколько часов пути Ксардас с Клауссеном встретили людей с оружием – это были королевские солдаты с офицером, который почтительно поприветствовал магов огня и предостерег их от охоты на расплодившихся в последние годы оленей. Несмотря на сан, они вполне могли попасть на каторгу. Ксардас заверил солдата, что все будет хорошо, и сразу же отправился далее. Тратить время на болтовню с королевскими воинами ему не хотелось.
Вон оно как… Охота на оленей запрещена. Если бы он об этом рассказал в таверне «Мертвая гарпия», его бы тут же засмеяли. Как это, дары природы и ими пользоваться нельзя? Все же действительно, по сравнению со здешними краями Хоринис – дикая провинция. Тут все подчинено закону. А там? Там главное – не перечить губернатору, чтобы тот не натравил все городское ополчение на незадачливого разбойника, решившего по пьянке снять кошелек с проезжего купца, зятя губернского секретаря. Нет уж. Подобных порядков он здесь, в Миртане, не представлял. Здесь все было законно. Наверное, даже слишком. Даже с оружием ходят только воины короля. В Хоринисе выходить из дома без короткого меча считалось попросту неприличным и опасным занятием.
В Венгард они заходить не стали, выпив по кружке пива и закусив свежей олениной (что настораживало) в придорожной таверне. Отправленный с донесением городской ополченец вернулся спустя пару часов с двумя людьми: воином с грубым двурушником за спиной и низеньким бородатым человечком в деревенских одеждах. Вооружен он был лишь луком да небольшим волчьим ножом. Представившись проводником, он осведомился у служителей Инноса, до куда они хотят пройти.
Клауссен сразу же ответил, что достаточно будет проводить до прохода в Нордмар, а дальше уж маги разберутся сами. Проводник пожал плечами и высказал готовность отправляться прямо сейчас. Маги, к тому времени наевшиеся до отвала, поднялись из-за стола и отправились в путь.
Путь до Фаринга занял лишь несколько часов, скуку во время которого Ксардас мог сравнить разве что со стародавними временами, когда он пас овец. Хотя нет, тогда было интересней. Попытка разговорить проводника ни к чему не привела – тот мгновенно «немел», когда к нему кто-либо обращался. Воин же не обладал абсолютно никакими знаниями и мог лишь пересказывать казарменные анекдоты. Впрочем, что взять с верного королю солдата?
Через перевал Фаринга мага с послушником как посланников Инноса пропустили без всякой остановки, а сразу после, даже не удосужившись довести до границы, проводник оставил их одних. Тут за дело взялся Клауссен и, не задумываясь ни на секунду, повел Ксардаса по едва заметной в падающем снеге тропе.
Нордмар оправдывал свое название – здесь было холодно. Очень холодно. В узких ущельях, образованных высокими отвесными скалами, ветер пронизывал до костей сквозь три слоя одежды (исподней рубашки, мантии и дорожного плаща). Под вечер то слева, то справа слышался вой диких зверей, где-то грохотали падающие камни с гор, а Клауссен все шел по голень в снегу, совершенно не сбиваясь с пути и выкапывая из-под снега редкие дорожные указатели, на которых потемневшие надписи вещали о том, что прямо находится Клан Волка, а где-то на северо-западе есть Клан Огня. Ксардас кутался в плащ, дрожал от холода, время от времени зажигал в ладони магический огонь, чтобы хоть как-то согреться. Он совершенно не понимал людей, которые жили здесь. О чем и решил спустя два часа пути спросить Клауссена: