— Проснись Танцор, хорош дрыхнуть! — в мир приятных грез Танцора ворвался прокуренный голос Транзита. Танцор с недоумением очнулся. За практически пустым кухонным столом сидели только Яшка Эколог и Песок, оба негромко о чем-то спорили. Ранее он никогда не позволял себе бесконтрольно уснуть, уж тем более в сидячем положении. — Тебя Лукаш вызывает, срочно. Пошли.
Танцор вскочил и хлопая себя по карманам, словно вспоминая что-то двинулся за Транзитом, украдкой кинув взгляд на ПДА он прочитал время: двадцать один ноль ноль. Мокрые деревья, лужи на бетонной дороге говорил о том что дождь все-таки прошел, причем судя по обилию воды, наверное с громом и молнией, но почему-то Танцор ничего не слышал. Через пару минут, он был у Лукаша, тот по обыкновению стоял облокотившись об стол, рядом стояло два дюжих помощника, оба изрядно помятых. Видимо они только что о чем-то ему доложили. Лицо Лукаша излучало целую гамму смешанных чувств, в целом с виду можно было предположить, что ему сообщили, что он выиграл джек пот в лотерее и завтра, может пойти и забрать не кислый выигрыш. Завидев Танцора он на миг отвлекся от своего выигрыша и сосредоточился на прибывшем.
— Ну что, Танцор, пришел час определяться где тебе быть. Если желаешь, свободен. У нас вопросов к тебе как к долговцу не будет.
— Некуда мне идти Лукаш. Да и пропаду, — честно ответил Танцор.
— Ну, было бы предложено. Но сам понимаешь, бесплатно тебя кормить, поить у нас в Свободе никто не будет. Ты понимаешь о чем я?
— Да.
— Если попросишь, так уж и быть приму тебя, нам такие люди пригодятся. Да и Долг нам не страшен, так просто не достанет, — внимательно глядя на сталкера сказал Лукаш.
— Прими меня в Свободу, Лукаш, — тихо сказал Танцор.
— Не слышу! — повышая голос, требовательно сказал свободовец.
— Прими меня в Свободу! — твердо, глядя в глаза зеленые глаза лидера Свободы сказал Танцор.
— Не слышу, сталкер! — заорал Лукаш.
— Прими меня в Свободу! — изо всех сил выкрикнул Танцор.
Открытые окна кабинета выпустили эхо его голоса по всей территории Армейских складов. Казалось, весь мир застыл в это мгновенье, даже далекий вой слепых псов вдруг пропал, растворившись в воздухе, кувыркающиеся в воздухе листья застыли остановленные звуками его голоса.
— Принят, Танцор, — спокойно ответил Лукаш. — Транзит, определи его. Оружие, амуницию, все как полагается. Сдается мне завтра у него боевое крещение. Свободны.
— Буд сделано, Лукаш, — меланхолично ответил Транзит. — Почапали, сталкер, — хлопнув Танцора по плечу, свободовец повел новобранца на склад.
7. Ночное
Танцора определили в одно из зданий, служившее и ранее армейским бараком. Сейчас подоржавевшие, но окрашенные вновь панцирные койки были вновь на службе. Большая половина из них практически никогда не занималась. У постоянного и предугадываемого климата Зоны были свои преимущества, это, как правило, не слишком низкие ночные температуры, которые с относительным комфортом можно переждать в армейском спальном мешке, второе, слава Хозяевам Зоны, практически полное отсутствия комарья и других мелких кровососущих гадов в местах обитания людей и наличия вечных костров. Непонятно, то ли само так получилось, то ли задумано было, но огромные комары, бешенные длиною в тридцать сантиметров, словно доисторические стрекозы, слепни и прочий гнус обитал только на заболоченных участках и на больших Болотах, где хозяйничал Болотный Доктор. Из минусов стабильного осеннего климата — это частые дожди, но мутировавшая растительность, вечно роняющая и выращивающая листву успешно высасывала лужи и росла в данном климате если не быстро, то как минимум причудливо. В общем, свободовцы приспособились ночевать на свежем воздухе, под открытым небом или натянутым тентом, возле вечного костра, освещающего лица товарищей. Мелких простудных заболеваний при этом никто не цеплял, сказывалось аномальное излучение Монолита, которое включало природные механизмы человека, превращая его, по уровню здоровья наверное в неандертальца, способного сражаться и со сломанными ребрами и нередко с несколькими пулевыми ранениями или, не чувствуя боли отбиваться уже ножом от грызущих тело и панцирь брони слепых псов.