Танцор открыл глаза. Тишина. Голоса пропали. Справа скрючившись сидел Кран, очевидно без сознания. Слева у занавешенного плащ-палаткой входа Шурин, тяжело хрипя и задыхаясь. Плащ-палатка, натянутая как барабан поперек входа перестала быть непрозрачной. Она просвечивала красным. Причудливо оставались темными пятнами и полосками пластиковые заклепки, ремешки, нашитые карманы. Вон в одном кармане видна то ли салфетка то ли платок. Шурин очнулся, пересохшими губами отпил из заранее приготовленной фляги.
— Ого! — удивился он, разглядев наконец в красном свете пропускаемым плащ палаткой оклемавшегося Танцора. — Ты уже в строю?! А я думал только я легко отделываюсь! — он перегнувшись посмотрел на сидящего без сознания Крана. — Нормально.
— А это нормально? — спросил Танцор показывая пальцем на просвечивающуюся плащ-палатку.
— Это? Ну кто же знает. Живы, стало быть нормально. Трудно поверить да? — засмеялся он живым, теплым человеческим смехом.
От этого смеха Танцору стало легче на душе. Это мембрана, тонкая всего в пару слоев плотного материала сейчас спасла трех человек от смерти. Тела возможно бы и не умерли, а достались бы Зоне в виде ходячих зомби, а вот нечто, что наполняет оболочку, делая ее живой, вполне могло потерять дорогу к своему обиталищу, унесенная красной волной. Странно, но Танцор только сейчас подумал о себе в таком ключе. Плащ — палатка и восемь патронов 7,62х54. Смешно, но, черт побери, как же страшно.
Тишина. Мерное сопение Крана. Уснул. Снаружи, неслышно ни звука. В диапазоне, не доступному для слуха человека снаружи бушевал выброс. Сталкеры задумались, каждый о своем. Возможно о том как важно иметь при себе исправную без дыр плащ палатку, возможно о пути назад, о новых аномалиях, рожденных выбросом, возможно о мутантах рвущихся сейчас через периметр на Большую землю, возможно о женщинах. Покой.
Вдруг что-то поменялось. В плащ палатку снаружи кинули камушек. Небольшой и не острый, он глухо ударился в материал, отскочил и с шорохом упал в сажу. Танцор вздрогнул. Еще один камушек прилетел в перегораживающую проход материю и отскочив упал подальше. Страх. Кто знает, как выглядит страх? А вот так, натянутая и хлипко держащаяся на вбитых в стены круглой опаленной земляной норы патронах плащ-палатка, а за ней… а что за ней? За ней не может быть ничего, даже мутанты на время выброса стараются найти убежище, а если не находят, то застывают теряя способность к перемещению, либо самоубийственно несутся впереди красной волны аномального фронта. Еще один камушек уже побольше и потяжелее. Шурин напрягся осматривая сидящие в стенах патроны, если выскочит хоть один, то возможно красной тонкой струйкой ручеек света, видимой даже в темноте потечет внутрь.
— Есть там кто? — вдруг скрипуче спросили снаружи, бросив еще один камень.
У Танцора все похолодело внутри… рука потянулась за пистолетом. Шурин, сидевший в метре от перегородки, положил руку на запястье Танцора, останавливая движение, и отрицательно покачал головой. Танцор застыл. Сердце отчаянно билось, грозя оглушить потоками крови разум.
— Я тебя спрашиваю ты там?! — требовательно спросил скрипучий голос то ли старика то ли старухи.