- Это ничего. Ты подумай, я же не тороплю тебя с ответом. Мы можем вместе уехать.
- Куда? – не понял Лёва.
- В Америку.
- Что, блин?
Если бы он сказал: «В Изумрудный город искать мозги и сердце», Лёва представил бы это куда реалистичней, чем Америку.
- Ты тоже можешь попытаться выиграть грант.
- Нет, не могу.
- Почему?
- Потому что! Я не такой умный, как ты.
- Ошибаешься.
- Не ошибаюсь.
- Тебе просто нужно больше стараться.
- А я не стараюсь.
- Так начни?
Лёва посмотрел на Власовского, как будто впервые увидел: чёрт, это же всего лишь Яков из «Б» класса, очкарик и зубрила, внук бабушки с чурбаном на голове (и красивой кухней, конечно, но всё же – всего лишь бабушка с чурбаном!) и он на полном серьезе думает, что Америка ему по зубам. Нет, не так: он знает, что она ему по зубам. А Лёва – чем он хуже? Он правда не дурак. Если бы он захотел, он мог бы стать таким же отличником, как Власовский, это раз плюнуть. И ему очень нужно свалить из этого города. Гораздо нужнее, чем Якову.
- Я не знаю язык, - сказал Лёва. – И у меня нет денег на репетитора.
- Я знаю английский, я могу с тобой заниматься.
- А биология и химия?
- Ты можешь ходить на дополнительные занятия в школе, это бесплатно, – сказав это, Яков хитро улыбнулся. – Всё-таки медицина?
Лёва чуть не ответил: «Вообще-то я ещё стихи пишу», но вовремя спохватился. Пожал плечами:
- А что ещё?
Оттолкнувшись от колонны, Яков поправил очки на переносице и сказал:
- Эмиграцию предлагаю в любом случае, даже если не захочешь встречаться. Но ты подумай.
Лёва кивнул:
- Подумаю.
- Ну, и держи в курсе, как там ваш ВИЧ. Мне интересно.
Лёва едко заметил:
- Ты же сказал, что тебе всё равно.
- Мне больше интересно про Катю, а не про тебя. У неё более интригующий случай.
«Интригующий случай» разрешился на следующий день. Катя, которая не показывалась целую неделю, зашла к Лёве после обеда, и вместо приветствия сообщила:
- Прошло ровно семь дней.
Лёва, конечно, и сам был в курсе: тоже судорожно их отсчитывал. Оглядываясь на кухню (не слышит ли мама?), он бесшумно обулся и выскользнул в парадную.
- Идём.
Результаты получали в регистратуре – у той же самой девушки, по той же самой кодовой фразе («От Ульяны Ивановны?» - «Ага»). Порывшись в бумажках, она выдала ребятам по бланку – каждому в руки, и Лёве сразу бросилось в глаза слово: «Результат». Глубоко вдохнув, он перевёл взгляд ниже и… выдохнул.
- Что у тебя? – спросила Катя.
- Отрицательный.
- У меня тоже. Это хорошо?
- Да, мы здоровы.
Катя, не стесняясь посторонних, радостно взвизгнула, но регистраторша поспешила её расстроить:
- Через три месяца нужно повторить. Если инфицирование произошло недавно, антитела могли не успеть выработаться.
- Блин, вот облом, - Катя выпятила нижнюю губу, и Лёва посмеялся: она забавная. – Ну ничего, это значит… - она начала считать на пальцах, - в декабре. Придем сюда под Новый год?
Это она у Лёвы спросила.
- Ага, устроим новогодний сюрприз.
Катя очень по-простому, будто сто раз так делала, взяла Лёву под руку и потянула к выходу. Он почувствовал себя неловко, но руку выдёргивать не стал – это, наверное, невежливо. Опустив острый подбородок на его плечо, она вдохновенно сообщила:
- Кстати, я пописала на полоску.
- Даже не знаю, что тебе сказать на это, - честно ответил Лёва.
- В смысле, на полоску для беременных… Ну, не для беременных, а для тех, кто хочет узнать… Короче, я не беременна, вот.
Лёва почувствовал, что его огорчила эта новость, и он не сразу сообразил, почему. Сказал, будто больше для самого себя, чем для Кати:
- Я слышал, они могут быть неточными. Лучше сдать анализы, или УЗИ, или что там делают…
- А бабушка Якова может это устроить?
Лёва искренне ответил:
- Я думаю, бабушка Якова может всё.
Лёва и ____ [24-25]
- Как ты познакомился с Шевой?
Вопрос застал Лёву врасплох. Он поднял голову: Катя сидела на изогнутом стволе дерева, болтая в воздухе ногами, и лизала мороженое в стаканчике. Они только что вышли из лаборатории: в этот раз Катя сдавала кровь на хэ… на хэчэ… В общем, на что-то там для девушек, которые хотят узнать, не беременны ли они. Власовский им долго объяснял, что это такое, но ни Лёва, ни Катя этого не запомнили.
Он пришёл сюда с ней, потому что она очень просила («Мне страшно, ну пожалуйста, ну умоляю») и теперь, когда над ними снова повисло ожидание приговора (так Лёва мысленно называл все эти результаты анализов – приговорами), они зашли в ближайший парк, чтобы «отвлечься». Катя так сказала: «Давай съедим мороженое, отвлечемся». Лёва мороженое не хотел, но Кате купил – сам, потому что он джентльмен. По крайней мере, так он про себя подумал, когда передавал две с половиной тысячи продавщице.