Да, Рафаэль напугал, буквально на глазах превратившись в голодного хищника, но зла-то не причинил и не хотел. Может, так все и должно происходить и это нормально?
Й’оку не чувствовал в нем гнева или ненависти. Было что-то странное, совершенно незнакомое, но не враждебное и теплое, очень желанное, очень нужное, почти родное.
«Значит, нужно просто последовать совету Винсента и немного перетерпеть эти укусы и все остальное, и будет снова тепло».
Если это цена того, чтобы потом было долго хорошо и спокойно, и это никто отбирать не станет, то она вполне справедлива.
«А если он тебя так к ним домой и не отведет? Что ты делать станешь? Мастер тебе ясно сказал, что нужно сделать».
«Ну… ну сначала же надо, чтобы он мне доверять начал полностью. Он же меня врагом считает, а врагов в дом не водят, так ведь? Значит, у меня еще есть время…»
Й’оку дернул уголком губ, осторожно поглаживая по панцирю сладко спавшего Ёдзи – врать себе у него всегда получалось плохо.
Он лежал в своих мыслях довольно долго, пока темнота не стала почти звенящей, остро выделявшей в себе каждый звук.
Й’оку приподнял голову и вслушался, чуть прищурив глаза. За дверью его комнаты кто-то был.
***
Донателло перебрал пальцами кружку с кофе, проворачивая ее вокруг оси, и поднял глаза на Рафаэля, сидевшего напротив него на столе.
- Я ничего не сказал Лео только потому, что не хочу тебя подставлять, - негромко проговорил он. – Но, елки, Раф, ты вообще понимаешь, что делаешь? Мой клон, который был в белой маске, сказал, что тебя специально спровоцировали на это… этот поступок. Это не чувства – это какой-то химикат, на который ты среагировал, как кобель на течную суку, прости за сравнение.
Раф оторвался от бинта, которым сосредоточенно заматывал до этого костяшки, и исподлобья глянул на брата.
- Я себя знаю, Донни, - возразил он. – Боялся, что именно этим все и закончится, что башку сорвет, и поведу себя так.
- Да ты не слышишь меня, что ли? – Дон хлопнул ладонью по столу, теряя терпение. – Это просто химикат был и все!
- Я с ним не первый день встречаюсь, - перебил Рафаэль. – Это не вчера началось. И чтобы ты мне тут ни нес сейчас про химикаты – это не оправдывает несдержанной твари внутри меня. Да я покалечить его мог запросто!
Донателло сжал пальцами виски, борясь с желанием начать орать на брата.
Тот словно вообще не слышал, что ему говорили, упрямо заявляя, что чувства к клону Леонардо в нем проснулись давно, а тот просто этого не понимает.
- Ты еще скажи мне, что он вчера не понимал, чем вы чуть не занялись! – скулы Донни вспыхнули. – Что он не понимал, что делает, облившись этим афродизиаком и наладившись к тебе на свиданку под луной! Это же провокация чистейшая! А если это ловушка?!
Раф вернулся к бинту, едко усмехнувшись брату.
- Да, Дон. По ходу не понимает. Я тебе о чем сказал, когда пришел? Они взрослыми родились, понимаешь? Сразу взрослыми. Откуда-то есть в них эти умения, как у каждого из нас, а вот жизненного опыта – нет. Вот ты когда первый раз порнушку смотрел?
Донни вспыхнул, вытаращив на него глаза.
- Да я… не смотрел я ее. Вас с Майки наслушаешься, и ничего уже можно не смотреть, и так экспертом станешь. Нового точно не покажут.
- То-то, - Раф зубами затянул узел и сцепил пальцы в замок. – Ты наслушался, Лео своих японских книжек начитался, я киношки смотрел, Майки – тоже. А они? Вот что он, по-твоему, видел дальше своего драгоценного Мастера Шредера?
Донателло отвел глаза.
Да, аргументы Рафаэля, как и его саи, били без промаха.
Искусственно созданные существа и в самом деле не могли иметь никакого жизненного опыта. Но кто-то же надоумил этого Кадзэ использовать феромоны, а его брата их сделать.
«Как кусок пиццы ясно кто! Надо сказать старшему… Раф меня убьет, конечно, но это же опасно… Ох, надо было сразу Лео говорить, еще когда я сигнал получил».
Донни покраснел, вспомнив, что увидел на мониторе своего передатчика, и решительно поднялся.
- Я сейчас.
***
- Ми? - Й’оку внимательно уставился на младшего брата, сидевшего у его двери, сжавшись в комок, и смотревшего в никуда остекленевшими глазами. - Что случилось?
Тот даже не обернулся и не улыбнулся ему, зажимая ушные щели ладонями.
- Первый-второй-Фредди-придет-за-тобой…
Й’оку присел на корточки и тронул Миднайта за запястья, заставляя отвести руки от головы.
- Ты что? Опять ужастиков насмотрелся?
Младший брат не ответил, продолжая таращиться в пространство, словно и не слышал, что с ним разговаривают.
Вздохнув, Й’оку поднял его на ноги и заставил зайти в свою комнату, осторожно усадив на кровать.
- Бофу? – сонный Ёдзи поднял голову и огляделся, увидел Мида, сморщился и сел. - Не трогай его.
Й’оку не обратил на его слова никакого внимания, растирая Миднайту заледеневшие плечи и щеки и пытаясь поймать расфокусированный взгляд голубых глаз.
- Он сказал, что ты девочка и брать у тебя что-то унизительно, а тем более с тобой рядом находиться, - Ёдзи свесил с кровати ноги, без всякого сочувствия рассматривая своего бывшего приятеля по играм. – Пусть сидит один дальше.
- Он не со зла это сказал, я уверен, - Й’оку передернул плечами, словно стряхивая что-то липкое, и продолжил свое занятие. – Включи свет, пожалуйста.
Малыш слез с кровати.
- Я рубильник сломал, - буркнул он. – Чтобы ты в темноте был, и у тебя глаза не болели.
Й’оку поднял на него взгляд и благодарно кивнул, едва уловимо улыбнувшись.
- Побудь с ним, пожалуйста, - попросил он, поднимаясь. - Я починю свет. Ми очень боится темноты.
- Знаю, - Ёдзи со вздохом вытащил из кармана небольшой рычаг и отдал его. – На. И на кой тебе это надо? Возишься с ним, а он тебе потом спасибо даже не скажет.
***
- Раф, куда ты? – Лео преградил брату дорогу, складывая руки на груди и запрокидывая голову, чтобы смотреть на него сверху вниз.
- Гулять.
- Опять на свиданку? – на этот раз в голосе лидера не было слышно ни мягкой улыбки, ни дружеской поддевки. Сталь.
- На нее самую, - Рафаэль толкнул брата плечом. – Лео, дай пройти, а? Мне надо…
- Раф, это наш враг, - старший удержал его за руку, впившись взглядом в лицо брату. – Это не просто абстрактный кто-то, кто может тебя увидеть и наболтать лишнего…
- Я люблю его! – рявкнул Рафаэль, измотанный уже до предела полсутками этих бесконечных вопросов и моралей. – Он не враг. Ты ничего не знаешь о нем, а уже бирку на лоб лепишь! Лео, он часть тебя, он такой же, только не ты…
Леонардо сжал пальцы сильнее, со свистом втянув воздух сквозь зубы.
«Будь ты не ты…»
Нет, Донни ошибся, это не химикаты и не злой умысел, и не коварный план. Это злая-злая судьба со своими неповторимыми шутками и чернейшим юмором.
- Рафаэль, - тихо-тихо, почти одним выдохом выдал он полное имя брата, которым не называл его очень давно. – Он служит Шредеру и при первом удобном случае перережет тебе глотку.
- Он этого не сделает, я знаю его… - Раф вывернул руку из захвата.
- Я запрещаю!
- Что ты мне запрещаешь? – Раф через плечо тяжело глянул на брата. – Любить? Бро, не разводи драмы в стиле Шекспира, не дети уже. Я пошел.
- Раф!..
- Отвали, Лео.
_____________________________________
*Кэдамоно - зверь
** Кодама - эхо
========== Рассвет ==========
Во сне было до странного тепло и спокойно, хотя откуда это могло взяться в темном страшном коридоре, полном чудовищ и жуткого пустого и мерного голоса, который, как метроном, повторял раз за разом: «первый, второй, Фредди придет за тобой…»
Миднайт судорожно всхлипнул во сне, задушено хрипя в подушку, и распахнул глаза.
Взгляд уперся в черные иероглифы, написанные прямо на стене тушью. Он повозил по ним дрожащими пальцами, осознавая, где находится, и понимая, что считалка сама собой замолкает в голове, оставляя только пустоту и покой.