«Сегодня будет выпущена на свободу Джессика Дин, печально известная тем, что пыталась убить свою маленькую дочь Лилли, которой было год и два, это дело получило название «Малышка в ванной». В течение четырех лет она содержалась под стражей в охраняемом психиатрическом отделении тюрьмы Маунтсайд. Ее преступление, как и ее освобождение, раскололо общество пополам. Борцы за права женщин настаивали на том, что Дин нуждается в медицинской помощи и понимании, а не в тюремном заключении. Но есть другие, которые полагают, что ее следовало привлечь к суду за попытку убийства и наказать подобающим образом».
Судья Андреа Силвер, подводя итог судебному разбирательству, сделала следующее заявление:
«Это дело не оставило равнодушным никого в нашей стране. Вы, женщина, которая стоит передо мной, полностью разрушили свою жизнь. Помешательство, которым вы страдали тогда вследствие тяжелой послеродовой депрессии в сочетании с признанием вины, дают мне право избрать меру пресечения, предполагающую реабилитацию и консервативное лечение. Я не вижу пользы для общества в том, что вам будет вынесен приговор, предполагающий наказание в виде лишения свободы. Ваше нежелание сразу попросить о помощи из боязни позора в связи с тем, что на вас ляжет клеймо депрессии, и неспособность официальных органов, на которых было возложено наблюдение за вами, оценить уровень угрозы, – это то, что мы, как общество, обязаны принять во внимание».
Ее супруг, Мэттью Дин, в настоящее время проживает в США вместе с их дочерью Лилли, которой теперь шесть лет. По мнению специалистов, она еще слишком мала для того, чтобы полностью осознать обстоятельства своего раннего детства, и теперь она, несомненно, благоденствует в своем новом доме. Мэттью Дин отказался подробно комментировать освобождение жены.
Дин раскаялась в своем преступлении. Как известно, она дважды совершала попытку самоубийства, пока проходила курс лечения в больнице тюрьмы Маунтсайд, находящейся в ведении Государственной службы здравоохранения Великобритании.
Ее друг и представитель Ролан де Буйе, который неустанно ведет борьбу за то, чтобы общество с большим вниманием относилось к послеродовой депрессии, сделал следующее заявление:
«Мы счастливы, что сегодня Джессика Дин выйдет на свободу. Ни одна государственная система не способна наказать ее больше, чем она сама себя наказала, она лишилась мужа, любимой дочери и свободы. Депрессия – это страшная, очень страшная болезнь, требующая более глубокого понимания. Всем тем, кто выступал за более суровое наказание и лишение свободы, я хотел бы сказать, что не пожелал бы вам оказаться на ее месте».
Нам сообщили, что мистер Дин собирается сменить место жительства и переехать по неизвестному адресу.
– Все в порядке? – Полли взяла ее за руки.
Джессика кивнула.
– Да, спасибо тебе. Спасибо вам обоим. – Она крепко обняла подругу, прижавшись к ней так близко, как только позволял ее живот.
– Осторожно, подружка, я священный сосуд. – Полли ей подмигнула.
Подойдя ближе, Топаз обхватил руками их обеих.
– Я так счастлив сегодня. Ты усердно потрудилась, Джесс, и вот, пожалуйста, все начинается снова!
Джессика кивнула, да, все начинается снова…
– Я хочу, чтобы ты подумала над тем, о чем мы говорили. Пансионат для выздоравливающих от послеродовой депрессии, йога, свежий воздух, здоровое питание. Маргарет и Энтони были просто в восторге, и твоим родителям эта идея очень понравилась. И мы тоже хотели бы поучаствовать, правда, Полли?
Полли кивнула.
– Еще спрашиваешь. Мы поедем туда же, куда и ты, Джесс, ты от меня не отделаешься!
Джессика улыбнулась, она никогда не собиралась избавляться от нее.
– Я могу вести занятия по релаксации, а ты могла бы преподавать живопись. Это действительно пошло бы всем на пользу, и там прекрасное место для того, чтобы продолжить лечение.
Джессика отстранилась от подруги.
– Посмотрим. – Она не могла ответить ничего другого, она хотела жить одним днем.
– Сообщи нам, когда все устроится, и мы прилетим первым же свободным рейсом, обещаешь? – Полли сдерживала подступившие слезы.
– Обещаю. – Джессика послала ей воздушный поцелуй.
Через пять часов Джессика, расплатившись за такси, с улыбкой поблагодарила водителя. Вытащив ручную кладь из багажника ржавой машины, она вдохнула теплый вечерний воздух. Она скользнула глазами по саду, вспоминая медовый месяц, когда они с Мэттью бродили вокруг виллы нагими, ели печенье в кровати и, сидя на террасе, пили холодное пиво. Она никогда не ощущала себя такой беззаботной, такой счастливой. Она медленно прошла по дорожке к входной двери, наклонилась и, встав на четвереньки, вытянула руку, стала рыться в земле под кустом. Она с облегчением вздохнула, нащупав пальцами холодный твердый металл. Она нашла старую консервную банку. Перевернув, она потрясла ее и с удовольствием услышала, как звякнули ключи. Маргарет успокаивала ее, уверяя, что ключи будут там, где они их оставили.