Полли закурила. Она всегда курила в отпуске.
– Паз говорит, что женским формам, независимо от их очертаний и размера, нужно поклоняться, потому что они созданы для того, чтобы дарить жизнь, это величайшее достижение.
– Что же, Пазу легко говорить, ему это не грозит!
– Он искренний, Джесс. Он добрейший из всех, кого я знаю.
– Чудесно, – улыбнулась Джесс, все еще отказываясь снять пижаму. – Ты не против, если я вернусь в постель, Полл?
– Серьезно? – Подруга села и уставилась на нее. – Ты хочешь лечь в постель? Ты же только что проснулась. Это то же самое, что проводить отпуск с человеком, который оторвался от жизни!
– Думаю, если я еще немного посплю, вечером мы сможем пойти поужинать. – Джессика посмотрела вверх, на горы. Ей было неприятно обсуждать это с подругой, и она поняла, что, возможно, было бы лучше, если бы она приехала сюда одна и могла бы спокойно спать и сидеть в пижаме без всяких замечаний или осуждения.
– Как хочешь! – Полли перевернулась на живот и закрыла глаза.
Выполняя свое обещание, Джессика, призвав на помощь все свои душевные силы, встала с кровати, приняла душ и даже умудрилась причесать длинные волосы. Собравшись с силами, она попыталась настроиться на предстоящий вечер.
Рыбный ресторан находился на морском берегу, у подножия гор, с покрытого галькой пляжа туда вела каменная лестница. Водитель такси, подбросивший их туда, был другом семьи Максвелл и был безмерно счастлив поговорить, он хотел все знать о Лилли и о том, когда она совершит свою первую поездку на остров. Джессика была вынуждена быть вежливой, но уклонялась от ответа.
От их столика открывался удивительный вид на море и зубчатые скалы с обеих сторон.
– Знаешь, Джесс, я никогда не видела тебя такой молчаливой. Ты не произнесла почти ни слова с тех пор, как мы приехали. А бедному старому таксисту пришлось прямо-таки допрашивать тебя, чтобы получить ответ. – Полли отглотнула сангрии.
– Прости. – Она помолчала. – Мэтт говорит, что я только и делаю, что извиняюсь. Возможно, он прав.
Полли вздохнула.
– Я хочу сказать тебе, что, если бы я познакомилась с тобой сейчас, мне определенно не захотелось бы, чтобы ты стала моей лучшей подругой. По правде сказать, ты не попала бы даже в первую тройку. Ты стала занудой.
Джессика улыбнулась, опустив глаза.
– Что же, к счастью для меня, ты выбрала меня до того, как я стала занудой, и не бросила меня, ничего не поделаешь.
– Не хочешь выпить? – Полли налила себе еще один бокал сангрии и выпила его залпом, словно это был лимонад.
– Может быть, бокал вина, – кивнула Джессика. Это будет ее первый бокал спиртного за весь год, она отвыкла от этого.
– Молодчина! – Полли захлопала в ладоши, словно подруга дала верный ответ. – Мне так не хватает пьянок с моей девочкой, это была немаловажная часть нашей жизни. Помнишь, как мы напились в первый раз? В садике на заднем дворе дома твоих родителей, мы сидели и пили из бутылки сидр «Блэкторн». Помню, твой отец пришел посмотреть, над чем мы смеемся, а тебя как раз стошнило прямо под сосну.
При этом воспоминании Джессика улыбнулась, крутя в руках салфетку.
– Я не хотела пить, пока была беременной, а потом просто не возвращалась к этой привычке.
– Пока, – засмеялась Полли. – Ты пока больше не возвращалась к этой привычке, но сегодня – особенный вечер!
– Тогда всего один бокал, – улыбнулась Джессика.
– Отпразднуем мою свадьбу! – завопила Полли. Крайне возбужденная, она затопала ногами под столом.
– Да. Это замечательная новость, Полл.
Полли, расстроенная и раздосадованная сдержанной реакцией своей подруги, вздохнула:
– Мэтт хорошо к тебе относится? – Вопрос прозвучал как гром среди ясного неба.
– Что?
– Ты слышала. Мэтт не придирается к тебе и не обижает тебя каким-либо образом? – сквозь зубы проговорила Полли.
– Нет! – смеясь, ответила Джессика. – Ты уже спрашивала меня, и я снова отвечаю, что нет, он замечательный. Более чем замечательный.
– Хорошо, потому что, хотя ты слишком большая зануда для того, чтобы быть моей лучшей подругой, но, если он плохо обращается с тобой, я приду в бешенство. Правда. – Полли осушила стакан.
Закрыв глаза, Джессика приняла от Полли бокал вина, который та налила для нее. Отпив глоток, она наслаждалась прохладой и искристостью приятного на вкус «Кодорниу», смакуя его.
– Просто мне необходимо знать, как ты себя чувствуешь и что происходит. Я беспокоюсь о тебе.
– Я знаю, что со мной сейчас скучно, Полл, но я изменилась, все изменилось. – Она сосредоточенно смотрела на пузырьки, поднимавшиеся к краю бокала.