Она не успела додумать до конца.
– Джесс! – сквозь ветер донесся крик Полли, которая ковыляла по пляжу, закутавшись в тонкую шерстяную шаль. – Прости, я расстроила тебя. – Слегка запыхавшись, она наконец добралась до подруги и повисла на ее руке, поникнув головой и страстно желая исправить свою оплошность. – Никогда не думала, что скажу тебе такое, но я просто не знаю, что еще сказать тебе. Ты не похожа на себя, Джесс. – У Полли подкашивались ноги, как будто бы алкоголь сосредоточился прямо в ее коленях. – Паз с Мэттом говорят, что, по их мнению, у тебя депрессия, а я сказала, что у тебя нет депрессии, что ты не из тех девушек…
Повернувшись, Джессика посмотрела в лицо подруги и, дернув плечом, сбросила ее руку.
– Не из тех девушек? Тогда из каких я девушек, Полли? Ты не знаешь! Ты ничего не знаешь обо мне! – крикнула она.
– Знаю. Я знаю тебя! Ты моя лучшая подруга и всегда ею останешься. – Нижняя губа Полли подрагивала.
– Нет! – Джессика тряхнула головой. – Нет, ты не моя лучшая подруга. Ты больше не понимаешь меня! Я не та веселая старушка Джесс, которая барабанила тебе в дверь по дороге в школу, и не старушка Джесс, которая пускала тебя к себе домой, а ты таскала у нее еду! Джесс, которая всегда была готова расхохотаться, которая напивалась первой и уходила последней. Расскажи мне обо мне, не хочешь? – выкрикнула она.
Вместо того чтобы ответить, Полли молчаливо плакала.
– Послушай, Полли. – Джессика развернулась к ней лицом – она говорила громко и медленно, взвешивая каждое слово. – Я не хочу быть матерью! Не хочу! Я не могу ей быть, и я этого не понимаю. Я отвратительная мать, я даже не умею, черт побери, правильно держать ей голову. Лучше бы мне раньше узнать, как я себя буду чувствовать, потому что тогда я правда была бы осмотрительнее и постаралась бы не забеременеть. Я ненавижу каждую секунду моей теперешней жизни, и я хочу вернуться в свою прежнюю жизнь!
Полли всхлипнула.
– Джесс, нет… – Она взяла подругу за руку, но Джессика отступила на шаг.
– Да, Полли, да! Я не люблю Лилли. Я не люблю ее. Мне она даже не нравится. – Теперь она перешла на визг. – Я ненавижу ее дерьмовое имя и ненавижу ее комнату в моем доме. Я терпеть не могу смотреть на ее вещи на моей кухне и не хочу проводить с ней время, вообще не хочу! И я ненавижу себя за то, что говорю такие ужасные вещи, а также думаю о них, но это правда.
– Ты говоришь несерьезно, Джесс! Ты слишком много выпила…
– О, я говорю серьезно! Каждое мое слово обдуманно! Ее плач, когда она просыпается, для меня пытка. Я хотела бы никогда не слышать ее. – Джессика сжала кулаки. – Я не знаю, кто она и почему появилась в моей жизни! Кто она, черт побери? Мне хотелось бы повернуть время вспять, когда только мы с Мэттом жили в нашем прекрасном доме. Когда я была счастлива! Я была счастлива! – Джессика ударила себя по бедрам, при этом у нее из глаз брызнули слезы. – Я не могу этого вынести. Не могу. И не могу сказать Мэтту, потому что он любит ее, и это тоже убивает меня. Я не хочу, чтобы он любил ее, я хочу, чтобы он просто любил меня. – Джессика упала на гальку как раз в тот момент, когда начался дождь. Ей было наплевать, что камни впиваются ей в колени, а под крупными каплями дождя волосы прилипают к лицу. – И я не знаю, что мне делать…
Опустившись на землю рядом с ней, Полли обняла ее.
– Все нормально, Джесс. Все будет хорошо. – Она крепко сжимала ее дрожащее под дождем тело.
– Как? Как, Полли? Мне кажется, я поставила на себе крест. Мне очень, очень грустно, и я не могу больше так жить. Я просто не могу. Все говорят, как мне повезло, что меня так поддерживают, но это не имеет значения, вообще никакого значения. Я схожу с ума.
– Шшшш… – успокаивала ее Полли. – Ты не сойдешь с ума. Мы найдем выход из положения, Джесс. Мы найдем способ все уладить. Я обещаю.
Они лежали бок о бок на гальке, не обращая внимания на разыгравшийся шторм. Полли, всхлипывая под дождем, крепко прижимала к себе подругу. Так, в слезах, они проговорили до самого утра, до тех пор, пока горизонт не окрасился розовым цветом восходящего солнца и море не успокоилось.
Над ними кружили птицы, с нетерпением ожидающие того момента, когда можно будет схватить трофеи, выброшенные штормом на берег. Подруги сидели на пляже, обхватив руками колени, при этом та и другая повторяла и прокручивала в уме то, что произошло прошедшей ночью. Откровения Джессики повисли между ними, как третий лишний, требующий к себе внимания.
– Как насчет кофе? – тихо спросила Полли. – Я забегу в бистро и прихвачу нам пару чашек, хочешь?
Джессика кивнула.
– С тобой все будет в порядке? Я недолго.