Предисловие от автора
Уважаемые читатели!
Моя история не претендует на абсолютную историческую достоверность, но я определённо буду стараться сделать описание некоторых событий прошлого максимально реалистичными. К слову, люди-феномены, подобные героине, действительно существуют. Секрет бодрствования Ал Харпина и Якова Циперовича до сих пор волнует учёных. Известные врачи проводили обследование головного мозга последнего, однако его уникальные способности до сих пор остаются загадкой. Случаи нестарения долгожителей медицине и истории тоже известны, но их природа по-прежнему не разгадана.
На сегодняшний день многие люди пытаются покорить человеческое тело, заставить его работать дольше, быстрее да, в принципе, лучше. В погоне за здоровьем и красотой мы придумали спорт, средства по уходу, правильное питание, лекарства, пластику, даже пересадку органов. Мы же придумали и ввели в свою жизнь кучу всего другого, что порой сводит на нет все вышеперечисленные способы оттянуть старость и момент кончины.
Таким образом, данные получаются противоречивыми, выводы сомнительными, и, возможно, через тысячу лет наши потомки будут говорить об этих экспериментах и усилиях не с меньшим скептицизмом, чем современные учёные об алхимии и поисках философского камня.
Но вопрос бессмертия волнует наш род ни одно тысячелетие, а ответ всё ещё не найден. Большинство умирающих перед кончиной, сколь бы не были богаты или бедны в прошлом, признают, что самый важный ресурс — это время. Позвольте же познакомить вас с героиней этого романа, ведь у неё, кажется, этого времени бесконечный запас…
Вы же хотя бы раз мечтали не стареть и никогда не нуждаться во сне?
Аrt de vivre
Неважно сколько дней в твоей жизни, важно — сколько жизни в твоих днях…
Очень хотелось бы верить, что я не устала следовать этой мудрости. Хотя, даже если немного устала, то где, как не здесь, во Франции, вспомнить тонкое искусство жить?
Что может быть банальнее и между тем приятнее, чем сидеть в парижской кофейне-ресторане с видом на Монмартр и неспешно уплетать воздушный хрустящий круассан в компании приятной книги после небольшого, как сейчас модно говорить, шоппинга? Ужасное клише, но я совершенно не стесняюсь подобного.
«А начинки в здешние десерты шестьдесят семь лет назад клали больше, — с сожалением поняла я, аккуратно смазывая кончик сдобы мягким сливочным маслом. — Хотя кофе стал лучше. Определённо».
Всё-таки прогресс не стоит на месте. Современные кофемашины чудо как хороши. За такой латте я бы отдала полжизни во время своего обучения в Смольном. Особенно зимой с утра, когда нас до рассвета поднимали в шесть, стягивая с нерасторопных засонь одеяла. По коже пробежали мурашки от одних воспоминаний, как жалил босые ноги холодный воздух плохо прогретого помещения.
— Что-нибудь ещё желаете, мадемуазель? — расторопный официант неслышно подошёл ко мне, забирая опустевшую тарелку.
Вздохнула.
Недопустимо рано. Я ведь ещё не отставила приборы… Неужели в двадцать первом веке французы потеряли свою степенность? Заглянув в глаза поспешившему юноше, я подумала, что дело скорее в неловком желании познакомиться, чем в невоспитанности. Право, это заведение со столетней историей могло похвастаться идеально вышколенным персоналом. Мальчик с любопытством смотрел на книгу Сэма Харриса, которая битый час пыталась убедить меня, что ложь, даже самая маленькая, на первый взгляд спасительная, может обратиться в оружие разрушительной силы. Единственный недостаток идейных книг, как собеседников в том, что с ними невозможно поспорить вслух… Хотя уж кому, как не мне знать, как может помочь и как может отвратить близких людей правда и ложь.
— Да, счёт, пожалуйста, — я аккуратно промокнула уголки губ салфеткой.
— Вам понравилась наша кухня? — активный молодой человек ждал похвалы, как будто лично стоял у плиты, готовя мой завтрак.
Я постаралась не вести себя как снобка и не придираться к впечатлительной молодёжи, позволив себе сдержанную улыбку:
— Да, благодарю, особенно мне понравился кофе.
Позади меня звякнул колокольчик, объявляя о новом посетителе. Мы с официантом оглянулись, и он тут же, извинившись, поспешил к пожилой паре явных завсегдатаев. Они поздоровались с мальчиком и улыбнулись ему, как родному, и уже хотели направиться к моему столику у окна, но заметили, что их привычное место занято.