- Она сказала что у нее там ребенок спит, - еще раз произнес Сазар, удивленно морщась.
- А? – невольно повторился Эдик, удивленно вскидывая брови. Потом подумал и выдал, махая ладонью: - Да не-е. Точно не ее! Хёринмару вряд ли вправил ей матку, когда вселялся. Она же бесплодная, Сазари-сан!
- Тогда еще интереснее, чей это ребенок? – такого недоумения он давно не испытывал. Ну, как давно. С того момента, как они односторонне поссорились три с чем-то месяца назад.
- Хм-м, - Эд также недоумевал. – Вообще-то, детей она никогда особо не любила… Так что я не знаю.
***
Открыв глаза, девушка недовольно уставилась в потолок, дожидаясь, когда зрение сфокусируется. Это случилось довольно быстро – ночные визитеры даже не успели что-либо сделать.
Быстро встав с кровати, также быстро вышла в окно. Ей не хотелось петлять в коридорах дворца и терять время. Под ногами раздался едва слышимый скрип черепицы, стопы почувствовали ощутимый уклон азиатской крыши.
Сойдя и с крыши, Эл направилась туда, откуда раздавалась основная масса энергий. Сгруппировавшись, заклинатели явно поставили себе задачу сломать полог, окружающий гору.
Да, старый хозяин «домика» мелочиться не стал, защитив ее по максимуму. Он любил свою собственность, даже тогда, когда она была временной.
Пока девушка добиралась до подножья горы, по округе разнеслось несколько цветных вспышек, освещая деревья и поднявшийся от озера туман. Но когда оставался последний десяток метров, атаки на защиту прекратились. Вместо этого люди начали биться будто бы сами с собой.
- Мы же договаривались, что следующих убиваю я! – недовольно высказала Эл, приближаясь к бойне. Выйдя из-за ветвистого и очень разросшегося дерева, остановилась в ступоре на несколько секунд.
Насаженный на ветви этого самого дерева, заклинатель конвульсивно дернулся, продолжая истекать кровью. Она лилась прерывистым ручейком, пробивая в податливой земле лунку, где и скапливалась. Сперва не заметив, девушка остановилась как раз над ней. Посмотрев на свое замаранное плечо, вскинула голову наверх, полюбовалась на вытаращенные глаза и сделала шаг в сторону.
Небольшой участок относительно свободного пространства расширился за счет поломанных деревьев и кустарников. Восемь, из одиннадцати пришедших, заклинателей уже были мертвы. Кто-то просто лежал расчлененный, увлажняя почву, подкармливая в будущем растения своими потрохами. Кто-то был наколот на сломанные пни, шевелясь будто перевернувшиеся жуки. Но были и те, кто еще сопротивлялся тому, кого увидеть не ожидали.
Не ожидали заклинатели, не ожидали и жители горы.
Средняя по меркам заклинателей, и небольшая по меркам демонов девушка двигалась довольно быстро, как снежинка во время пурги. Бледнокожая, одетая в обтягивающее винное платье с горлом, но без рукавов, она выглядела чужеродно в этом пейзаже. От каждого движения на ее запястьях и лодыжках звенело множество браслетов. На ногах не было ничего кроме них, отдаленно напоминающих кандалы. Босые ступни спокойно вышагивали по окропленной кровью траве, оставаясь чистыми. Короткие белоснежные волосы были собраны в маленький хвостик на затылке, а оранжевые глаза сияли в темноте, перебегая с одного объекта на другой. Прибывшая Эл незамеченной не осталась.
Как и внезапно появившийся Донгэй, закрывший собой девушку.
- Что за хурма? – дух невольно упомянул «ругательный» фрукт, который так любил Хёринмару. Он растерянно смотрел на внезапную гостью, желая понять кто это.
- Девушка, а Вы кто? – вежливо поинтересовалась Эл, выглядывая из-за высокого и широкого плеча. Она тоже почувствовала кое-что знакомое. Кое-что слишком знакомое.
- Сакэ, к вашим услугам, - остановившись в убийствах, незнакомка представилась, делая ударение на первом слоге и приветственно кланяясь. – Я услышала, что Хуян Цун Хань воскресили. Пришла, а тут эти. А потом еще и Ваше возмущение… Признаться, Вы меня несколько… напугали? Нет, неверное слово…
Она задумчиво постучала мокрым пальцем по подбородку, подбирая слово, оставляя на нем красные пятнышки.
- Какого Дьявола ты ощущаешься как мой брат? – рыкнул Донгэй, пугая еще живых заклинателей. Они, стараясь быть незамеченными и желая остаться в живых, медленно отползали в разные стороны. Кто-то, одетый в синие одежды, волочил за собой вывалившийся кишечник.