- Говоришь так, будто я в каждой поездке устраиваю кровавые жатвы… Стоп, в этом же и заключается суть моих поездок! – наткнувшись взглядом на приподнятую бровь, успокоилась. – Шучу. Буду тиха как мышь, низка как вода, а в случае чего и вовсе сольюсь с ней воедино. Ты, главное, не каркай как в прошлый раз, хорошо?
- Я никогда не каркаю, - заметил Сазар, плохо пряча смешинки.
- Ну, знаешь ли, крылышки уже есть, цвета они черного, пугающий взгляд имеется… Я многого ожидаю. Во избежание, так сказать, проблем.
- Иди спи, - сказал мужчина, подтолкнув девушку встать на ноги. – Каис еще во Владивостоке, Сева во Вьетнам улетел вчера вечером. Иди-иди, уже время рассветное.
- Ты сам-то давно здесь сидишь? – поднявшись на ноги, продолжала стоять, наблюдая за тем, как он развернулся, пододвинул кресло ближе к столу и вновь занялся бумагами. – Поди, с открытия нижнего клуба? Что же, не отвлекаю. Но жду наверху.
Спустя несколько часов, лежа на животе, Эл чувствовала, как оголенную спину холодил воздух. Свисающая с края кровати рука было согнута в запястье, пальцы перебирали ворс однотонного ковра.
Уже сонное сознание выловило посторонний шорох. Не открывая глаз, она слушала сперва повторившийся, после сменившийся чередой едва заметных шагов.
Прогнув матрас своим весом, Сазар коротко поцеловал цветной участок кожи, обдав спину дыханием.
- Щекотно, - пошевелив одной из лопаток, промычала в подушку. Впрочем, через мгновение девушка слегка развернулась, осматривая хозяина комнаты.
Он же в руках держал знакомую желтую папку, содержащую несколько листов.
- Спи. – Тихо произнес мужчина, взглянув на заспанное лицо. Сам встал с кровати чтобы раздеться. Бумаги были убраны на тумбочку.
- Ты долго. Сколько времени?
- Начало одиннадцатого.
- М-м-м… Иди сюда…
Протяжно выдохнув, он повиновался протянутой руке.
Стоило ему расположиться на постели, как под руку тут же поднырнула Эл, прижимаясь теснее.
- Как мне повезло с грелкой. Большая, важная до безумия, но уютная…
- Не бурчи.
- Я не бурчу, - пробурчала девушка, уткнувшись носом в ребра. Еще и скрутиться эмбрионом смогла. – Я грелку восхваляю.
- Вот как. Восхваляешь?
- Угу-м. И люблю.
Прижавшись на долю секунды еще теснее, провалилась-таки в сон.
- А вот и Эла-чан, - довольно воскликнул Мацумото посреди горного пейзажа. На этот раз на нем были надеты одежды японского отшельника, лицо закрыто ярко-красной длинноносой маской, а за спиной развивались орлиные крылья. – Судя по отсутствию звонка – ты решила не учиться.
Утвердив произнесённое, тэнгу сложил на груди мощные руки.
- Судя по тому, где я – ты решил в любом случае меня чему-либо научить.
Протяжно зевнув, девушка села по-турецки на землю, положив подбородок на кулак. Снизу вверх ёкай казался еще мощнее и жутче.
- Знаешь, - продолжив обращаться к духу на «ты», она говорила весьма не бодрым голосом. В этом слое Астрала Эл не была очень давно, но как отсюда выйти без спроса приглашающего, помнила. От этого и не переживала. – С момента нашей встречи я спала всего два часа. Может ты поимеешь совесть и мы поговорим после, а?
- О, дорогуша, а давай-ка мы сначала поговорим, а после хоть год дрыхни, а?
- А я согласен с девочкой, хмырь, - прохрипел парящий в воздухе угорь.
Не смотря на сильную ослабленность, Донгэй оставался весьма крупным духом – одна голова размером с торс тэнгу чего стоила. И клыки с его же палец.
- Я только удобно улегся в этой железяке, как меня что-то вытягивает! Ты больно нагл, учителек.
- Нифига ты большой. - Вместо ответа воскликнул тэнгу, оглядывая Донгэя. – Обычно жители мечей куда меньше. Вы даже не представляете себе свои возможности, детишки…
Собиравшегося вновь возмутиться, Донгэя заткнул резкий взмах крыла.