История одного Заунца
Когда город начал готовиться ко сну, а завсегдатаи таверны собирались уже уйти. Дверь открылась, впустив внутрь вместе с посетителем волну прохладного, свежего воздуха, но помимо этого в таверну проскользнул едва ощутимый запах химикатов, которыми так печально славиться Заун.
– Не часто здесь можно увидеть заунских крыс, – сказал коренастый мужчина в доспехах, видимо демасиец, рассматривая вошедшего.
То был пожилой мужчина. В старом, потрескавшемся от времени и химикатами кожаном плаще, из–под которого виднелся пожелтевший халат.
– Да ещё как там их называют, химтековый исследователь – ответил первому его товарищ. Ответивший мужчина был среднего возраста, одет в старый плащ, а на столе напротив него лежала треуголка, соответствовавшая последней моде Билджвотера. Он развернулся к новому посетителю и не скрывая пьяной надменности в голосе спросил – Что забыл в этой старой доброй таверне сей благородный муж из захимиченных трущоб Зауна?
– Не твоего ума дела, – ответил старик, ковыляя к бару. Каждый его ковыляющий шаг, разрывал вечерний шум таверны скрипом пружин и щёлканьем каких-то механизмов. Похоже, что старик прошёл довольно грубое обновление своего тела или это самый дешёвый заунский протез для бедняков. – Если тебе так интересно, – продолжил старик, усаживаясь за стойкой. – То оплати мой ужин и закажи мне выпивку.
Хах? – выдохнул человек с треуголкой. – Ты в своём уме? Ты правда думаешь, что я заплачу за тебя?
В таверне наступила неприятная тишина, несколько трусоватых личностей поспешили побыстрее убраться подальше от неприятностей, оставшиеся тихо наблюдали за развитием событий.
– Не стоит со мной шутить. Я убивал и за меньшую наглость, – продолжил мужчина, встав со своего места. Под пристальным вниманием других, он подошёл к стойке, сел рядом со стариком и направил ему в лицо хекстековых мушкет. – Давай так, ты расскажешь нам свою историю и только если она окажется достойной нашего внимания, то я выполню твои условия и даже больше, я оплачу выпивку всем, кто здесь присутствует.
– Да здравствует Хокинкс – завопили завсегдатая таверны услышав его слова о бесплатной выпивке.
– Ну что скажешь? – человек, которого звали Хокинкс выжидающе смотрел на старика.
– Я не хочу умирать, – ответил старик. – Хорошо, будет тебе история, но перед этим, – старик перевёл взгляд на бармена. – Налей мне чего ни будь промочить горло.
***
Началу этой истории, предшествовало деловое предложение от некого «М», который связался со мной через посредников. Сам факт того, что мне предлагают работу не показавшись, должно было насторожить меня, но я был слишком жаден и охоч до денег чтобы отказаться от такого предложения. Ведь посредником оказался не какой–то там обхимиченный ребёнок, передающий информацию за звонкую монету, а мужчина в деловом костюме, какие шьют на заказ в лучших Пилтоверских ателье.
Знаете, как это бывает, в Заун легко попасть, но куда сложнее покинуть его затхлые трущобы. Я так сильно хотел выбраться оттуда и перебраться в чистый Пилтовер, что напрочь забыл о человечности, когда выполнял свою работу.
На новом месте я должен был исследовать способы усиления без использования хекстековых технологий. Химтек, как двоюродная сестра хекстека, но без использования кристаллов, всегда была сильной стороной Зауна и я был одним из новаторов этой отрасли. Только старина Синджед мог тягаться с моим гением.
И вот работа началась. Новые вложения, полученные от мистера М, позволяли делать что угодно и проверять любые, даже самые безумные гипотезы во имя науки. Я творил симфонию химтека, новые химические формулы, неестественно сияющие во мраке моей лаборатории, создавали картину будущего, о котором я грезил. Я был счастлив работать, я был слеп, я был глуп. Я не ведал к чему всё идёт.
Каждая формула, каждый готовый препарат проверялся на людях, живых, но старых и больных. Они были больны, заразившись всем, что можно подхватить в Зауне, ведь это город отравляющих газов. И так как каждый их вдох отзывался болью, каждый день был переполнен мучениями, они согласились на испытания, ведь им сказали, что я создаю лекарства. Нельзя сказать, что это ложь, ведь мои исследования могли помочь им, но и правдой это никогда не было. Они были всего лишь подопытным материалом. Старым и никому не нужным. Когда ни будь они всё равно умрут. Моё вмешательство лишь приближало их конец.