Позже ночью, когда я пошла попить воды на кухню, заметила, что мы забыли выключить свет в гостиной. Я наклонилась к выключателю, увидев, что Артем и ноутбук оставил включенным. Поводила мышкой, оживляя экран. Там был открыт сайт «Вопросы усыновления и попечительства», вкладка «Сбор нужных документов». Я до слез умилилась. Значит, он одобряет моё желание, и готов действительно разделить со мной всё, что нас ожидает на пути к его осуществлению.
Эпилог
Я посмотрела на календарь: сегодня 1 марта. Прошло больше 2 лет с момента нашего знакомства с Артемом. И около 1,5 лет с момента, когда Саша Подкорытов стал Сашей Коганом. Процесс усыновления чуть затянулся, но в целом прошел гладко. Мальчик к удивлению всех очень быстро адаптировался.
Но не к моему: я знала, что наши отношения с Сашей сложатся легко. Ребенок с первого дня, когда мы стали его забирать его домой, льнул ко мне. Он видел во мне маму. Маму!
Конечно, отрицать не буду, были и тяжелые моменты. Просто Артем настроил меня заранее на то, что сложности могут возникнуть, и я была к ним хотя бы в теории готова. Были и истерики, и слезы, и даже крики «зачем вы меня взяли?», но после того, как мы оба успокаивались (я и Саша, Артем же, как обычно, всегда был спокоен), мы находили силы подойти друг к другу и извиниться. Артем был для Саши непререкаемым авторитетом: мальчик почти не помнил собственного отца, и Тема удачно занял эту пустую нишу в детском сердце. Саша, никогда никого не звавший «папой», в первый раз оговорился: они с Артемом на детской площадке играли в футбол. Саша отвлекся, пропустил гол, и тут же закричал: «Папа, так нечестно!». У меня, как у самой эмоциональной в семье, сразу же подступили слезы, сжалось горло. А Артем молодец, он спокойно ответил что-то типа: «Сын, надо быть внимательнее». Мои мужчины обменялись понимающими взглядами, и с этого момента без проблем перешли на такой интимную форму общения «папа-сын».
Со мной было сложнее… Саша привык звать меня Ольгой Сергеевной, к тому же в его жизни была мама, и воспоминания о ней были живы. Долгое время мальчик избегал любой формы обращения ко мне. Мне было обидно, но Артем ежедневно твердил мне, что как только ребенок будет готов, он скажет это долгожданное для меня слово. Пару месяцев назад Саша вместе с соседскими детьми (он возглавил местную ватагу ребят) пытались вытащить кошку из подвала старого заброшенного здания, который был наполнен водой. Вода была холодной, за палку кошка цепляться не хотела, и Саша решил любой ценой спасти животное. Он весь вымок, хлебнул воды, но достал несчастного зверя. Домой он еле дошел: одежда намокла, на улице было — 15 градусов, ребенок жутко замерз, но упорно нес домой вырывавшуюся кошку, такую же мокрую и испуганную, как он сам. Когда они оба (Саша и кошка) зашли в квартиру, у меня чуть инфаркт не случился. Я так перепугалась, что сначала схватила кошку, завернув ее в полотенце, и только потом, спохватившись, начала раздевать Сашу. Конечно, ребенок слег с температурой. Я сутки просидела у его кровати, не позволяя Артему заменить меня. И все это время Саша говорил: «Мама, давай оставим кошку. Мама, пожалуйста. Мама, я хочу кошку». В тот момент мне было не до кошек, и я даже не обратила внимания на обращение «мама». Но когда Саша выздоровел, это обращение осталось. Как и кошка, которую Артем в этот же день свозил в ветеринарную клинику, где ей ампутировали перемерзший хвост. В остальном, спустя неделю оба (Саша и кошка) чувствовали себя хорошо.
Мои родители сначала настороженно отнеслись к идеи усыновления. Они убеждали меня в том, что я сама еще ребенок, и мне не потянуть такую ношу. Но я упрямо стояла на своем. И, судя по тому, что половину прошлого лета Саша провел в деревне, мои родители не то, что смирились, а со временем поняли, что это было одно из самых лучших решений в моей жизни.
Скажу честно, я не знаю, как бы я справилась без Артема. Точнее как-нибудь бы справилась, я не из тех людей, что отступают. Но Артем помог сделать переход Саши в новую семью более гладким и грамотным. Он много времени проводил с ребенком, в отличие от меня, зная, как именно нужно с ним общаться, и учил меня.
Я зашла в детскую комнату, Саша читал, лежа на животе. Рядом лежала толстая, довольная жизнью кошка. Мальчик не видел меня, но я внимательно всматривалась в его фигурку. В комнате царил идеальный порядок. Саша всегда был аккуратен с вещами и игрушками. Тяжелое прошлое оказало на него влияние. Первое время он пытался сам стирать, мыть каждую кружку. Но я старательно внушала ему, что при наличии стиральной и моечной машин — это пустая трата времени. Тем не менее, мы с Артемом оба чуть не расплакались, когда увидели рубашку Артема и мою майку, сушащимися на батареи: мальчик постирал наши вещи вручную. Так он хотел показать признательность и заботу.