— И что же в ней такого странного?
— Хоть я всего лишь подчиненный, но все закончилось таким образом. Если бы Киссшот была на пике сил, то даже вместе эти трое не представляли бы для нее угрозы, верно?
Я уверен в этом.
Силы Киссшот в ее изначальной форме, даже если предполагать по минимуму, не должны быть ниже моего текущего уровня. А самое главное, у нее есть 500 лет опыта.
500 лет опыта.
Боевого опыта.
Даже если сложить волнистые клинки Драматурга, гигантский крест Эпизода и дьявольскую находчивость Палача, разве была у них возможность отнять четыре конечности у Киссшот Ацеолаорион Хеартандерблейд?
У меня есть только один вывод.
Это кажется невозможным...
Такое невозможно в принципе.
— Хорошая интуиция, Арараги-кун. Если тебя обучить, ты можешь стать довольно неплохим специалистом, — сказал Ошино, широко ухмыльнувшись.
Я думал, он ничего не скажет, но, похоже, это не тот случай.
Он продолжил и ответил на мой вопрос.
— Все так, как ты и сказал, Арараги-кун. Поскольку каждый из них по отдельности не в состоянии победить Хеартандерблейд, они попытались противостоять ей втроем, однако даже вместе эта троица вряд ли одержала бы над ней верх. Просто…
— Просто?
— Если бы в тот раз Хеартандерблейд находилась не на пике своих сил, все пошло бы именно так, верно?
Она не была в полной силе.
У меня есть воспоминания об этом.
Я могу вспомнить, у меня нет необходимости влезать в свой мозг.
Она была в плохой физической форме или что-то вроде этого.
Я думал, это было оправдание.
Если предположить, что оправданием это не было…
— Следовательно, битва между Хеартандерблейд и этими тремя парнями стала равной.
— …
— Ну, так или иначе, я намеревался передать это тебе, но раз уж ты спросил, мы можем продолжить наш разговор. Иногда, даже ты умеешь неплохо рассуждать.
Сказав это, Ошино мимоходом достал кое-что из кармана своей гавайской рубашки и кинул мне. В этом кармане должны были лежать сигареты, поэтому я подумал, что он бросил мне пачку сигарет, но это было не так.
Это…
Было темно-красное сердце.
— И-и-ик!..
Я невольно съежился, и эта вещь, которую я поймал обеими руками, упала на пол. Похоже, я очень сильно оцепенел.
Я оцепенел — это значит, что я был не в состоянии двигаться…
Однако, в отличие от меня, неспособного сдвинуться с места, это сердце продолжало биться. Тук-тук, тук-тук.
— Это сердце Киссшот Ацеолаорион Хеартандерблейд, — сказал Ошино. — Без этого сердца она в одиночку сразилась с тремя охотниками на вампиров, поэтому нет ничего удивительного в том, что ее конечности были отрублены.
— !..
Это естественно.
Даже я понимал, что сила вампиров основывается на крови, а без сердца, которое заставляет эту кровь циркулировать, случилось настоящее чудо — она отделалась всего лишь потерей конечностей.
— А она даже не заметила…
— Именно так. Она думала, что они всего лишь отняли ее руки и ноги. Даже будучи на пороге смерти, она должна была подумать о причинах ее настолько плохого состояния. Но она была так сильно в себе уверена и никогда и не предполагала, что однажды земля уйдет у нее из-под ног.
— Ясно. Вот как это было.
Хм, я задумался.
— Я знал о том, что он весьма умел, но и подумать не мог, что Палач в состоянии незаметно украсть сердце Киссшот… А потом они втроем атаковали ее, хех. Как бы то ни было, кража сердца Киссшот незаметно для нее, должно быть, невероятно трудное дело, поэтому мне стоит сильнее уважать его?
— О, нет, Арараги-кун.
Ошино покачал головой.
А потом:
— Тем, кто украл ее сердце, был не Палач.
— Э? Что ты имеешь в виду? Что Драматург или Эпизод украли ее сердце, а Палач хранил его у себя?
— О, нет-нет-нет, это не были Драматург с Эпизодом.
— Тогда кто же?
Только не говори мне, что здесь есть еще четвертый охотник на вампиров, от такой мысли я весь похолодел, однако ответом Ошино было следующее слово.
— Я.
— …
Я потерял дар речи.
Было несколько фраз, которые пришли мне на ум, но я понял, что все они не подходят для этой ситуации, и проглотил их.
Вслед за этим Ошино, хоть его об этом и не спрашивали, начал объяснять. Это была театральная риторика, типичная для злодеев исторической пьесы.
— С самого начала я совершенно случайно заметил ее. Я бродил по ночным улицам и обнаружил вампира, обладающего силой настолько жуткой, что это даже не смешно. Я сразу же понял, что это была Убийца Кайи, поэтому, ради установления баланса, я извлек это сердце.
«Потому что я предугадал даже то, что несколько охотников на вампиров прибудут в этот город», — сказал он.
— Я незаметно извлек ее сердце, она даже ничего не поняла.