— Жаль… Очень жаль…
— И вы после этого так и не вернулись домой?
— Нет, я даже не думал об этом. Хотя мне пришлось несладко. У меня ведь не было огромных денег — только лишь небольшие сбережения, которые я откладывал какое-то время или зарабатывал при помощи небольших подработок. Выживал как мог… И из-за этого мне даже пришлось как-то подзабыть про поиски своего брата и своей матери, ибо надо было сделать что-то, чтобы не умереть с голоду и не замерзнуть на улице.
— И вы справились?
— Да, более-менее. Но вот мои поиски немного затянулись. Потому что я прекрасно понимал, что не могу подойти к Терренсу и сказать ему: «Привет, я — Эдвард, твой младший брат! Давай знакомиться!» Он бы вряд ли поверил мне…
— Не было никого, кто мог бы вас познакомить?
— Да. В какой-то момент я даже потерял надежду найти его и хотел все бросить и перестать искать этого человека, который запросто мог бы не поверить мне. Однако сейчас у меня появилась надежда. Потому что я встретил вас. Человека, который может помочь мне встретиться с моим братом.
Выслушав всю историю, Наталия считает, что в ней может быть какая-то часть правды. Впрочем, это не означает, что она готова поверить Эдварду и согласиться помочь ему встретиться с Терренсом.
— Ух ты… — задумчиво произносит Наталия. — Вот эта история…
— Я рассказал вам как есть, — слабо пожимает плечами Эдвард.
— Кстати, а вы не знайте, почему ваши родители развелись? И почему они вдруг решили разлучить своих детей, если у них и правда было двое сыновей?
— Вот этого я не знаю. Отец никогда не говорил об этом. Он вообще никогда со мной не говорил о матери, пресекая все мои попытки заговорить о ней.
— Просто, насколько я знаю, ваши родители развелись из-за того, что ваш отец часто бил мать.
— Бил? — слегка округляет глаза Эдвард.
— Да, все это было на глазах тогда еще маленького Терренса. Он сам об этом рассказывал.
— Хотите сказать, что именно из-за этого отец и ушел из дома вместе со всеми вещами?
— Типа того. Правда, я не слышала, что он забрал с собой маленького ребенка.
— Не знаю… Я ведь был еще совсем маленьким и не могу помнить, что тогда произошло на самом деле. Да и вообще, когда я родился, меня тут же отправили к бабушке по отцовской линии. С ней я проводил едва ли не больше времени, чем с собственным отцом.
— Вы жили у нее? — уточняет Наталия.
— Не совсем… Просто гостил… Бабушка говорила, что она помогает моим родителям заботиться обо мне.
— А вы хорошо с ней ладили?
— Намного лучше, чем с отцом. Она была очень добрая, ласковая и заботливая. Я часто приезжал к ней в гости даже после того, как отец забрал меня к себе. Я любил ее едва ли не больше, чем его. Кстати, она рассказала мне многое из того, что я уже знаю. Да, о чем-то она умалчивала, но все же я знаю некоторые вещи как раз благодаря бабуле.
— Ясно… — Наталия выпивает немного кофе из своей чашки. — Кстати, забыла вам сказать, что Терренс уже много лет злится на своего отца из-за того, что тот избивал его мать.
— Он знает об этом? — удивляется Эдвард.
— Да, говорил, что всегда это знал. С самого детства.
— Но как? Он ведь тоже был очень маленьким и не может помнить того, что происходило между его родителями!
— Я рассказываю вам то, что слышала от самого Терренса. Он крепко привязан к своей матери и приходит в бешенство, когда кто-то просто упоминает его отца. Эта женщина уже много лет пытается убедить Терренса встретиться со своим отцом, но тот наотрез отказывается и часто ругается с ней из-за этого. Она настаивает, а он злится.
— Да, отец что-то говорил об этом моей мачехе. Я точно это помню…
— Слушайте, а когда он в первый раз начал говорить о своем старшем сыне? — уточняет Наталия.
— Э-э-э, примерно в то время, когда мне исполнилось лет шесть-семь. — Эдвард запускает свою руку в черные густые волосы, а в какой-то момент начинает переплетать пальцы своих рук. — Именно тогда я начал интересоваться своей настоящей матерью. Он не хотел говорить со мной об этом, но зато всегда обсуждал эту тему с моей мачехой.
— Неужели ей было приятно это обсуждать? — удивляется Наталия.
— Просто понимала, что она не могла вычеркнуть мою мать из моей жизни и жизни моего отца. Даже если они в разводе, я-то не перестал быть их сыном. Вот она это и понимала и спокойно относилась к отцовским встречам с моей настоящей матерью.
— Она поступила мудро.
— Согласен. — Эдвард быстро прочищает горло. — Вообще-то, я слышал многие их разговоры, но они даже не догадывались об этом.