— Ах, Ракель… — слабо качает головой Рэйчел. — Кажется, ты и правда все еще любишь Терренса и не готова его отпустить… Хоть ты и говоришь, что тебе все равно на него, что-то в тебе все еще екает. Что-то начало просыпаться только тогда, когда тебя кинули.
Ракель ничего не говорит и просто презренно смотрит на Рэйчел.
— Неужели я права? — хитро улыбается Рэйчел. — Неужели ты понимаешь, что все-таки не готова с ним распрощаться? Даже если так, то твой поезд уже ушел.
— Да я пляшу от радости, что мы наконец-то расстались! — уверенно заявляет Ракель. — МакКлайф у меня как кость в горле!
— Если бы ты не любила его, то не стала бы устраивать мне скандал из-за человека, который, как ты пытаешься меня убедить, для тебя ничего не значит.
— Просто мечтала полюбоваться на ту проститутку, что без стеснения целовала и обнимала моего бывшего.
— Ничего, милочка, я уверена в том, что следую правильной дорогой. Поначалу Терренс не хотел смотреть на меня как на женщину. Но потом все неожиданно изменилось. Сначала приятные комплименты, потом нежные поцелуи, далее более страстные… И только что я предложила ему поехать ко мне домой и заняться любовью. И он согласился. Согласился стать моим. Так что после нашей сегодняшней ночи любви ты раз и навсегда потеряешь Терренса. Ибо он воспылает сильными чувствами ко мне и будет считать дни до нашей свадьбы, о которой я мечтаю уже много-много лет. Уж я-то найду все его самые чувствительные места и буду воздействовать на них так, чтобы ему голову снесло.
— Нет, стерва, ты его не получишь. Потому что этот человек мой. Он всегда будет принадлежать только мне. И возьми на заметку одну вещь: эта сволочь — актер. Ему очень легко сыграть кого угодно так, чтобы ему верили. Если и будет казаться, что он безумно влюблен в тебя, то помни, что это может быть притворство.
— Ха, чего? — ехидно усмехается Рэйчел. — Что за бред!
— Не думай, что если он облизывает тебя и готов облапать с головы до ног, МакКлайф и правда что-то к тебе испытывает. Это вполне может быть притворством.
— Да ты просто завидуешь нашему счастью!
— Серьезно? Завидовать счастью какой-то жалкой проститутки и больного на голову кобеля, которому так хочется с кем-то переспать!
— Терренс не посмеет так играть на чувствах людей. Он воспитанный и порядочный. Уж поверь мне, деточка. Я знаю его еще со школьной скамьи. Знаю как облупленного.
— Ах, так значит, ты, проститутка, еще со школы бегала за ним! Мечтала оказаться с ним в одной койке едва ли не с самого детства!
— Терренс всегда был очень популярен среди девочек. В него была влюблена практически вся женская половина школы. А парни тихо ненавидели его, но не смели с ним спорить, потому что он всегда держался настолько уверенно, что не каждый хотел заработать себе неприятности.
— Очень жаль, что он выбрал себе прошмандовку, которая до этого перебрала еще несколько мужиков.
— Не смей меня оскорблять, облезлая ты кошка!
— Ну ты у нас такая опытная в сексуальных делах! Раз знаешь, как ублажить этого ощипанного петуха! Который думает только о себе и кичится своей неотразимостью перед всеми подряд.
— Да-а-а… — Рэйчел с огромным презрением во взгляде осматривает Ракель с головы до ног, буквально собираясь убить брюнетку своим холодным взглядом. — Ну ты и хабалка. Хабалка, которую родители не научили быть вежливой.
— Ха, ты серьезно? — громко ухмыляется Ракель. — Быть вежливой с ТОБОЙ? С жалкой проституткой, которая посмела украсть у меня парня!
— Жаль, что твои родители не объяснили тебе такие простые вещи. Наверное, они и сами такие же грубияны, раз их дочурка обзывает всех девушек проститутками… Как, например, одну из своих подруг.
— Не смей оскорблять моих родителей, тварь! А иначе я выскажу все, что думаю о твоем чертовом папаше!
— Не думай, что я ничего не знаю о тебе. Я все знаю! Терренс ничего от меня не скрыл и рассказал обо всем, что ты успела натворить за долгое время.
— Лучше бы он рассказал тебе обо всех прошмандовках, с которыми встречался. Которые были в его постели и сейчас иногда продолжают заходить на чашку чая.
— Знаешь, Кэмерон, я считаю, что ты заслужила все, что с тобой происходит. Тебя заслуженно поливали грязью тогда, полтора года назад. Хоть ненадолго сбили с твоей головы корону, которую ты на себя напялила, возомнив себя королевой, которая управляет миром.
— Ну разговорилась… Ну разговорилась проститутка!
— Кто бы говорил! — ехидно ухмыляется Рэйчел. — Возомнила себя великой после того, как какой-то папик продвинул тебя в модельный бизнес и открыл миру очередную проститутку, которая спит с мужиками за деньги.