Ракель резко реагирует на любой шорох и звук, который слышит вблизи и вдали, так как боится того, что за любым кустом или деревом находится кто-то из сообщников Саймона. Кто-то, кто незаметно подберется к ней со спины и убьет девушку, ударив ее тяжелым предметом по голове. Ну или же просто на некоторое время оглушит ее, утащит куда-нибудь вглубь этого леса и крепко привяжет к какому-нибудь дереву… Да еще и завяжет ей рот, чтобы она не смогла кричать… Из-за всех этих мыслей Ракель только больше начинает трястись от ужаса и понимает, что ею вот-вот может овладеть паническая атака. Она одна, в огромном лесу, вокруг ни единой души, в воздухе стоит прохлада, а в любом месте может прятаться Саймон или его дружки. Слишком много думая об этом, девушка не замечает, что она довольно быстро прошла довольно длинное расстояние и сейчас оказывается в самом глухом месте этого леса.
Ракель проходит еще несколько шагов до того, как она слышит какой-то тихий шорох. Как будто кто-то пытается выйти из своего убежища и показаться… Это еще больше пугает и без того напуганную, бледную девушку, которая очень медленно направляется в сторону, откуда раздается этот странный звук. А оказавшись к нему достаточно близко, Ракель начинает осторожно осматривать его, но ничего не находит. И поэтому она, крепко обняв себя руками, продолжает осматриваться вокруг и дрожать не только от холода, но и страха.
В этот момент Ракель даже не подозревает, что за ней прямо сейчас наблюдает Саймон. Он находится совсем недалеко от девушки, будучи одетым в черный плащ с капюшоном. Его маленькие, полные хитрости глаза скрыты под темными очками и сейчас с интересом наблюдают за девушкой. А точнее, за тем, как она испуганно шарахается от каждого звука и явно молится о спасении кому только можно. Эта картина откровенно забавляет Саймона, и он готов вечно смотреть за своим врагом. Однако мужчина не собирается засиживаться здесь и ничего не делать. Он еще несколько секунд наблюдает за Ракель, а затем он выходит из своего убежища и гордо приподнимает голову, надменно, с презрением во взгляде смотря на девушку, как будто он считает ее чем-то очень противным.
— Ракель! — громко произносит Саймон.
Ракель, не думав, что Саймон находится прямо здесь, сильно вздрагивает и резко поворачивается в сторону, где стоит мужчина. Сердце девушки начинает биться в разы чаще, как только перед ней предстает человек, что заставляет ее почувствовать себя маленькой, беззащитной девочкой. Она так хочет сбежать отсюда как можно дальше, но снова вспоминает о том, что должна покончить с этой историей, Так что девушка глубоко вздыхает, надевает маску безразличия, дабы скрыть свой страх и медленно, но уверенно подходит к человеку, чье присутствие вселяет в нее холод и панику.
— Саймон… — спокойно произносит Ракель. — Вот вы где. А я вас обыскалась…
— Что ж, вот мы с тобой и встретились, Ракель Кэмерон, — ехидно ухмыляется Саймон.
— Да, встретились.
— Я так этого ждал. — Саймон с гордо поднятой головой уверенно подходит к Ракель и фальшиво улыбается ей, показав свои гнилые, местами отколотые зубы. — Ждал этой встречи. Даже больше, чем ты, моя дорогая девочка. Буквально считал дни до того момента, как мы окажемся здесь.
— Представьте себе, я тоже, — сухо говорит Ракель. Я мечтала встретиться с вам, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. А не для того, чтобы слышать ваш противный голос и видеть вашу ужасающую рожу.
— М-м-м, ты еще огрызаешься.
— Давайте поговорим о ваших плохих поступках, — слегка сжав руки в кулаки, хладнокровно говорит Ракель. — Поговорим о том, как вы сломали мою жизнь. Поругали меня со всеми друзьями и близкими и извели так, что мне буквально умереть хочется. Да еще и заставили всех думать, что я сумасшедшая.
— Знаешь, как говорят люди? Во всем есть доля правды! В том числе — в моих словах.
— Я не сумасшедшая, Саймон! — громко заявляет Ракель, понимая, что ее сердце запросто может в любую секунду выскочить из груди, станцевать пару бешеных танцев и заскочить обратно, но продолжая делать вид, что она не боится Саймона. — Не больная! У меня все в порядке с головой!
— А все больные отрицают, что они больны. Я не видел еще ни одного человека, который признал бы свою болезнь.