— Вы ничего не докажете! — восклицает Саймон.
— Нет, мистер Рингер, вы ошибайтесь. Следствие уже давно установило, что людей обманывал один и тот же человек. Как бы усердно вы ни меняли внешность, голос и имя, есть много вещей, по которым можно понять, что их обманывал один и тот же человек.
— И что теперь?
— А теперь арест! Тем более, что ваши попытки угрожать жизням некоторых людей и убить их — еще одна прекрасная причина задержать вас.
— Да? И интересно, кто же сказал вам, где я собрался грохнуть эту девчонку? И кто все рассказал этому ощипанному петуху МакКлайфу? Который, как я вижу, переступил свою гордость и пошел становиться героем в глазах своей бывшей. Даже если он сам же и бросил ее!
— А это уже не твое собачье дело, подонок! — грубо бросает Терренс.
— О, или же вас притащила сюда Кэмерон? Которую все бросили после того, как услышали о ее проблемах с головой, и которая сама подтвердила это тем, что вела себя, как больная истеричка! Неужели эта стерва ослушалась меня и все-таки притащила с собой помощников?
— Мистер Рингер, давайте вы не будете отнимать ваше и наше время и сдадитесь полиции, — предлагает один из полицейских, направляющий на Саймона пистолет. — Оставьте эту девушку в покое и дайте ей уехать домой.
— НИ ЗА ЧТО! — вскрикивает Саймон. — НИ ЗА ЧТО! Я столько времени планировал все не для того, чтобы просто попугать эту мразь и отпустить ее с требованием держаться от меня подальше.
— Ты все равно пойдешь за решетку, Рингер! — со злостью во взгляде бросает Терренс. — Даже если нам придется делать это силой и оттаскивать тебя от невинной девушки. Которая и так достаточно настрадалась по твоей вине!
— Неужели ты и правда думаешь, что я просто так сдамся полиции и буду отвечать по закону? Ха! Никогда! — Саймон направляет дуло пистолета на всех полицейских и Терренса. — Никто из вас этого не дождется! Я все равно сделаю то, о чем мечтал уже много лет. Даже если это произойдет прямо на ваших глазах.
— За что? — недоумевает Терренс. — За что ты ей мстишь? Какого черта столько времени изводил бедную девушку?
— А во всем виновата ее мамаша! — Саймон резко указывает пальцем на Ракель. — Если бы эта проститутка не променяла меня на другого мужика, все было бы хорошо.
— Что? — удивленно произносит Терренс. — Ты встречался с ее матерью?
— Встречался! Но она променяла меня на папашу этой девчонки! Бросила меня! Бросила самым подлым образом! Заявила, что никогда не любила меня, вышла замуж за другого и ждала от него ребенка!
— Неужели эта женщина могла запасть на такого ублюдка, как ты?
— Как видишь, запала. Но не оценила меня по достоинству. Прямо как ее дочурка не оценила тебя.
С этими словами Саймон бросает хитрый взгляд на Ракель, которая в этот момент нервно сглатывает со слегка округленными глазами.
— Я потерял любовь всей своей жизни! — восклицает Саймон. — Потерял ту, которую так любил! А все из-за этого ублюдка Джексона. Из-за этой мрази, которая посмела украсть у меня МОЮ ЭЛИЗАБЕТ!
— И из-за того, что моя мать когда-то бросила вас и ушла к моему отцу, вы убили их обоих! — со слезами на глазах громко добавляет Ракель. — Но вам и этого показалось мало! И продолжили мстить уже мертвому человеку!
— Верно. Я не захотел останавливаться и захотел уничтожить еще и доченьку этих людей.
— Но я не виновата в том, что мама не захотела быть с вами!
— Ты — дочурка Элизабет Томпсон! А значит, тебе и отвечать за грехи своей мамаши, которая уже во всю спала с твоим папашей, пока я был в Кембридже и ухаживал за больным отчимом.
— Это уже какая-то одержимость, а не любовь.
— Нет, девочка моя, я любил. Любил всем сердцем. И был готов принять твою мамашу даже с ребенком. Ей нужно всего лишь бросить твоего папашу и сказать, что она любит меня и хочет быть со мной. ВСЕ!
— Если мама не любила вас, вы не могли заставить ее любить насильно!
— Она поняла бы, что я лучше Джексона!
— И вы решили убить ее с мыслью, что раз она не досталась вам, то не достанется уже никому?
— Я не хотел видеть ее с твоим папашей! Не хотел видеть ни с кем-либо! Хотя если бы этой стерве чудом удалось выжить в той страшной аварии, она бы все равно дорого поплатилась за предательство. Но раз она сдохла, то страдать будет та, что очень тесно с ней связана. То есть, ты!
Слушая все это, Терренс и сам приходит в шок и никак не ожидал услышать, что Саймон окажется хоть как-то причастным к катастрофе, в которой погибли родители Ракель.